Девочка не промах!

Его резиденция располагалась примерно в километре от дома Седых. Впрочем, о Краснопольском мы поговорим позднее.

Выйдя из своего шестисотого мерседеса, купленного за огромные деньги в Твери, Кротов лично направился к калитке с домофоном, чтобы оповестить Светлану о своем приезде. На похоронах Седого он лишь намекнул ей, что скоро явится в гости «перетереть» кое-какие делишки, но дату намеренно сообщать не стал. И вот спустя три дня пожаловал.

Он позвонил в домофон, чтобы связаться с охранником дома Владом Гусевым, уверенный, что через несколько минут как король зайдет внутрь, на территорию своего бывшего товарища.

Однако сегодня этому не суждено было случиться.

– Доброе утро, Виктор Петрович, чем я могу Вам помочь? – ответил, наконец, охранник, которому было приказано выждать долгую паузу.

– Открывай ворота, Влад! Не видишь, что ли, кто приехал? Дело у меня к твоей хозяйке есть, – Кротов намеренно не стал никак называть Светлану Миланчук, ибо по имени-отчеству гордость не позволяла, а оскорбительной кликухой называть было неудобно.

– К сожалению, Светлана Георгиевна не может сегодня принять гостей, она просила передать, что очень занята, – спокойно ответил охранник.

Не поверив своим ушам, все себя от ярости, Кротов обрушил на охранника поток нецензурной брани и пригрозил ему всеми карами, если тот немедленно не откроет ему дверь. В ответ он услышал лишь монотонное повторение предыдущей речи.

– Виктор Петрович, я понимаю Ваше возмущение, но ничего не могу поделать.

Приказ есть приказ, – охранник даже, казалось, тяжело вздохнул, отвечая Кротову на его гневные окрики, – приходите завтра утром, в то же время, мы будем Вам рады.

– Ах ты, стерва! Что удумала! Решила показать, кто в доме хозяин? Я тебе сейчас сам это покажу, – не успокаивался разбушевавшийся Кротов, – Снегирь, заводи машину, сейчас разнесем эти чертовы вороты и проникнем внутрь! – Крот, почти потеряв самообладание, обернулся к своей машине, где его дожидались Снегирёв и Борисов, ставшие невольными свидетелями этой нелицеприятной сцены.

– Шеф! Давайте не будет скандалить. Если мы сейчас сломаем ворота, то на шум сбегутся все соседи, – начал отговаривать Кротова его бригадир, у которого, впрочем, тоже чесались руки влезть в потасовку, но он, в отличие от Кротова, понимал, что лишний шум им сейчас ни к чему. Это он и пытался втолковать разъяренному бандиту, который уже готов был устроить штурм загородной резиденции Седого, как он сам ее называл.