Потерянная любовь

Он не стал этому препятствовать.

– Мария, я прекрасно знаю, что все женщины любят фотографироваться, поэтому нисколько не буду против того, чтобы и у моей жены появились новые фотографии, – с легкой долей иронии, а точнее, сарказма произнес он.

На самом деле, фотографироваться как раз любил именно он, а не его жена, но в общественном сознании должен быть поддержан именно этот стереотип. Да и не мог Колесников просто так взять и запретить фотографировать свою жену, это бы выглядело странно. Мария попросила Елену повторить несколько танцевальных па, чтобы сделать фотографии в движении, затем сделала несколько ее крупных портретов, в том числе и с украшением, висящим на шее молчаливой женщины.

Глядя на эту непередаваемую красоту, Мария старалась не думать о том, какова же реальная стоимость «Лунного заката», ибо понимала, что это уже за гранью ее понимания. Но то, что заказчик у данного украшения крайне серьезный и это не Вышиванский, было очевидно. А значит, им с Дмитрием в случае провала операции – «не сносить головы».

«Лунный закат» полностью оправдывал свое название, ибо игра света на бриллиантах украшения давала необычный синеватый оттенок. Вспоминая старую фотографию ожерелья, которую им оставил Вышиванский, девушка поняла, что она не идет ни в какое сравнение с оригиналом. От ожерелья просто невозможно было оторвать глаз, настолько оно было великолепным. В обычной обстановке, при свете обычных ламп, ожерелье не выглядело бы столь роскошным, однако здесь, среди мрамора и хрусталя, оно играло всеми красками.

Мария даже позавидовала Елене, ей самой захотелось обладать этим шедевром ювелирного искусства, но она понимала, что это невозможно.

Короткий перерыв закончился и пары снова заняли свои места в зале. Наша героиня поблагодарила Колесниковых за приятное знакомство и отошла от них. Еще до начала мазурки она выполнила все свои профессиональные задачи на 100%. Репортаж о проведении 8 Профессорского бала был практически готов, для этого не требовалось оставаться до самого окончания мероприятия.

К тому же, она немного побаивалась Виктора, который своим поведением напоминал ей родного дядю Николая, который точно так же снисходительно общался со всеми женщинами и при этом умудрялся нагло их рассматривать. Поэтому, как только прозвучали последние аккорды котильона, Мария посчитала свою миссию выполненной и покинула сначала бальный зал, а затем и сам Лефортовский дворец.