Хубара. Сирийский дневник. Мятеж

Израильская сторона, напротив, воздерживаясь от применения авиации против сирийских войск, настойчиво наносила бомбоштурмовые удары по целям, именуемым израильской прессой, как «лагеря палестинских боевиков и склады оружия»

Был такой, с позволения сказать, «лагерь», в дальнем тылу бригады Симонова. Куда, с завидным постоянством, прилетали израильские самолёты. Зенитные самоходные установки (ЗСУ-23/4 «Шилка») зенитно-ракетного батальона бригады сопровождали их полёт поворотом башен, ощетинившихся стволами готовых к бою пушек.

Но приказа на открытие огня не поступало, Сирия чётко выполняла взятые обязательства по прекращению огня. Самолёты «героически» разносили в щепки оставшиеся от предыдущего налёта щепки, и гордо, с чувством исполненного долга, удалялись восвояси.

Или израильские штабисты забывали вычеркнуть эти щепки из списка перспективных целей или у авиации Израиля залежались лишние боеприпасы и дорогостоящие самолётовылеты. Самолёты появлялись ближе к вечеру, стороной обходили район обороны бригады.

Далеко у подножия гор с грохотом делали своё дело и улетали. Со временем к ним привыкли и не обращали особого внимания.

Машина Симонова почти подъехала к подножию жёлтого холма, когда справа за каменным забором, сумасшедшей россыпью послышались хлёсткие, похожие на щелчки гигантских кастаньет звуки. И как бутоны невиданного, грязно-оранжевого цветка, побежали вперёди машины цепочки разрывов.

В ту же секунду, сверху, с небес, обрушился ужасный, раскалывающий воздух грохот, который кажется, вдавил в сидения всех пассажиров и сам Уазик.

Прямо перед машиной возник поднимающийся вверх огромный круг, изрыгающий жёлто-оранжевое пламя и жуткий жар, сорвавший трижды штопаный брезент на крыше машины. В салон пахнуло сухим теплом и запахом сгоревшего керосина.

Аббас от неожиданности рванул руль, колесо не попало на очередной мостик, машина клюнула вниз, заваливаясь набок. В покосившееся переднее стекло Симонов увидел удаляющийся, с набором высоты, самолёт.

Все высыпали из машины. Самолёт, накреняясь, стремительно и элегантно разворачивался для второго захода. В пятнистой, блестящей под лучами солнца машине, Володя узнал израильский F-16. Одержимые нахлынувшим страхом люди, кинулись в разные стороны. Симонов, прилично отбежав от машины, присел за каменный забор. Аббас, перемахнув через изгородь, исчез в зелени растений. Один Сугель, не выпуская из рук автомат, побежал прямо по дороге.