Поезд-призрак. Фантастика

Как он успел заметить, в коридоре, по которому они прошли, было четыре двери в купе. Оставшаяся часть вагона представляла собой большой салон, с мягкой мебелью, громадным столом в центре, столиком поменьше, возле одного из трёх имеющихся окон, накрытым на две персоны.

Вдоль другой стены, до самого потолка размещалась какая-то аппаратура, мигающая лампочками, напичканная приборами с покачивающими стрелками и самописцем за стеклом, вычерчивающим зубцы на белой бумажной ленте. В промежутке между окон висела карта, закрытая шторой.

Больше всего Мишу удивила лестница к потолку, с площадкой и сидением в остеклённой кабинке, расположенной над крышей вагона. Всё это он успел осмотреть быстрым взглядом, что не ускользнуло от внимания проводника.

– Прошу, – сказал он, приглашая Мишу к столу и присаживаясь напротив, давайте покушаем и поговорим.

Налил в небольшие коньячные бокалы напиток из стоящего рядом графинчика. На тарелке аппетитно лежала курица и жареный картофель. Отдельно – салат из зелени.

Голодный Михаил тихонечко сглотнул слюну.

Ганс поднял свой бокал на уровень глаз и сказал:

– За знакомство!

Выпили, молча, закусили. Миша старался кушать медленно, что ему удавалось с большим трудом. Хозяин налил ещё по одной, очередь была за Михаилом, не мудрствуя, он повторил:

– За знакомство!

– Перейдём к делам менее приятным, – помолчав, продолжил Вигман, – этот поезд вообще-то идёт без остановок, и то, что вы в него беспрепятственно вошли, это роковое стечение обстоятельств и моя ошибка.

Скажу больше, из него невозможно выйти, даже если открыть дверь, или окно, – с этими словами он опустил окно, взял со стола ложку и выкинул её. Через секунду ложка влетела назад и со звоном покатилась по полу. – Это касается всего, что бы ни находилось внутри поезда, включая людей, в том числе и меня, – Ганс помолчал, налил ещё по бокалам, – давайте выпьем за нас! И я скажу Вам самое главное!

Выпили, Михаил, оглушённый услышанным, безразлично тыкал вилкой в аппетитно поджаренный картофель.

– Для вас, – через силу выговаривая слова, продолжил Ганс, – эта поездка в один конец. Оттуда, куда мы едем, назад не возвращаются, а если и возвращаются, то совсем не теми. Больше ничего сказать я не могу!

– Я пленник? – уточнил Михаил.

– Называйте себя как угодно! Это не меняет дела! Кстати здесь, пока, по-моему, Россия? Где вы так хорошо научились немецкому?

– Мой дед немец, он жил в России, вероятно, знание перешло по наследству.