Чертоги разума

Мелкие, в роботе наверху скорее всего «Клевер-1», – популярный пистолет в войне трех улиц. Использовался военными исключительно.

– Значит мы имеем дело с военным и бунтарем?

– Возможно дорогуша, а еще хакер взломавший систему и укравший деньги, водитель и пару парней на подтацовке, – вроде того что мы нашли.

Хмыкнув Горацио почесал небритую щеку.

– Уже вечер Вэл, езжай домой.

– Хорошо, тебя подбросить?

– Нет, я занесу чип Меган и загляну в одно место.

– В бар? – скривилась Вэл.

– В сообразительности тебе не откажешь, лакомка, – когда нибудь и ты станешь великолепным детективом.

Выйдя наружу они разошлись. Помахав на прощание проезжающей мимо машине Горацио пошел вниз по улице, подняв воротник плаща. По мере того как он спускался все ниже окружающие дома становились все более ветхими и неказистыми. Большая часть из них была покрыта граффити, на дороге валялся мусор. В темных подворотнях собирались подозрительные личности криминальной наружности. Некоторые из них кивали Горацио, – приветствуя его.

Большую часть из них он не раз приводил в отделение. Но никто не подходил к нему, никто не проявлял агрессию. Он заработал уважение, сложив авторитет среди них.

Задумавшись Горацио вспоминал детство. Счастливые моменты и не очень, проведенные здесь, – на этих улицах проплывали перед ним туманной вереницей. Тогда еще это был хороший район, самый обычный с уютными семейными магазинчиками, пиццериями и игровыми площадками. Кто же знал что через десять лет из-за затяжной войны сюда хлынет поток беженцев.

Государству было политически выгодно принять их, оно даже выстроило для них многоэтажные дома и дало небольшое пособие. Работать официально никто из них естественно не хотел и всего за несколько лет район Солт Плейн стал самым криминальным среди десятком других в Вирании.

Подойдя к большому пабу Горацио посмотрел на горящую красным вывеску и уверенно толкнул дверь. В нос ударил до боли знакомый запах пивных дрожжей, пастрами и сигаретного дыма. Полутьму в зале разгоняли тусклые лампы и гирлянды.

На стенах были старые виниловые пластинки из прошлого века. Прочно за ламинированные они висели в картинных рамках и приятно поблескивали. Барная стойка была ярко освещена. Ровные ряды с бутылками были способны удовлетворить любой, – даже самый привередливый вкус.

В углу находилась старинная система кранов и рычагов для подачи пива, которое варилось здесь же, – в подвале. За стойкой стоял мужчина лет тридцати пяти.