Записки обывателя. Книга 2. В поисках камня. Камень ищет хозяина

Доллары, которые не были в пачках, вместе с акциями и какими-то бумагами летали по проходу.

Леха, как бывший мент, не упустив случая, решил отличиться. Обхватив одного нарушителя, повалил его на пол. Подоспевшие оперативники скрутили второго, а милиционер начал собирать бумаги. Люди, находившиеся в помещении камеры хранения, расступались, некоторые помогали собирать деньги и бумаги. Когда все было покончено, задержанных правонарушителей доставили в милицейский участок при вокзале. Леху пригласили в качестве свидетеля.

В отделении милиции уже находился потерпевший ювелир Иосиф Абрамович Цукерман, не спавший всю ночь от нервного расстройства и расстройства живота, у которого давеча похитили из ячейки дипломат. Когда ему предъявили похищенные вещи, физиономия Иосифа Абрамовича расплылась в улыбке, оголив челюсть из зубов желтого металла. Скрупулезно сличив содержимое с описью из заявления пострадавшего, лицо Цукермана стало постепенно напоминать гримасу обидевшегося примата из харьковского зоопарка, которому на закуску не кинули банан.

Он начал шумно икать и, наконец, выдавил из себя:

– А где же медальон с изумрудом в двадцать карат?

– Там больше ничего не было, мы подобрали все, – удивился дежурный милиционер, и тут же велел завести и обыскать задержанных. В них-то и признал пострадавший вчерашних лиц, крутившихся возле камеры хранения.

Обыск кандидатов на нары ничего не дал, а повторная проверка камеры хранения была безрезультатна.

Из показаний ювелира следовало, что он направлялся в Киев к заказчику, выполнив его заказ на изготовление медальона.

А заодно оформить загранпаспорт и открыть визу на постоянное место жительство на историческую родину. К заявлению о пропаже прилагалась пояснительная записка, в которой указывалось происхождение содержимого в дипломате.

Купив в кассе билет на поезд, до которого оставалось три часа, ювелир решил оставить свой багаж в камере хранения. «Так будет надежнее», – решил он, не заметив двух типов интересующихся его особой.

Поставил ношу в свободную ячейку, набрал код и хотел уже захлопывать дверцу, как к его ногам упали, чьи то часы. Непроизвольно нагнувшись, Цукерман увидел, что с другой стороны дверцы, со словами:

– Извините, разорвался браслет, – человек подобрал часы. Этого времени было достаточно, чтобы справа стоящий человек, якобы проверяющий соседнюю ячейку, искоса посмотрев на набранный в дверце ювелира код, успел его запомнить.