Маркус Фастмувер. Вторжение

А как же Маркус Фастмувер? Старик же сам хотел его спасти! Не может такого быть, чтобы мистер Шон продался спецслужбистам!»

– Я эту сволочь сейчас пристрелю! – взбесился Дайрон. Здоровяк достал пистолет, взвел курок и стал ждать, когда выйдет кладовщик. Но вдруг до всех снова донеслись слова старика.

– Да, я могу открыть ворота… но я не буду этого делать! Как не буду? А вот так, не буду и все тут! Можете меня вместе с остальными пристрелить, мне жить осталось недолго, а так хоть одно великое дело перед смертью сделаю! Какое дело, спрашиваете? А это не ваше собачье дело!

Дверь в комнатушку отворилась.

На пороге стоял гордый усач. Его руки были заняты картонной коробкой, из которой торчали какие-то флаконы и упаковка бинтов.

Старик заметил замешательство на лицах заговорщиков, тем более в могучей руке Дайрона находился пистолет, готовый вот-вот выстрелить в сторону пожилого предателя.

Увидев все это, выражение лица старика снова стало серьезным.

– Опусти пушку, сынок! – спокойно сказал мистер Шон, бросив взгляд на чернокожего морпеха.

– Все совсем не так, как ты думаешь обо мне! Мы здесь для того, чтобы вернуть к жизни Маркуса, и нам ничто не должно помешать это осуществить. На-ка вот лучше своего друга перевяжи, а то он мне весь склад кровью зальет! – подошедший старик бросил коробку с медикаментами в руки Дайрону и, повернув голову в сторону Майка, заметил бинты, валяющиеся возле его ног. Усач наклонился к юноше и вдруг увидел его рану.

– Ох, Майк, что же это у тебя с рукой-то? Ох, рана-то какая большая! И руку вон как раздуло! – причитал пожилой кладовщик, качая головой и цыкая перед каждым «охом».

– Антибиотик ему нужен! – раздался голос Дайрона. – А так руку потеряет, – проговорив эти слова, чернокожий морпех стянул ботинок с ноги Мерфи, грязно ругающегося от нестерпимой боли.

Старик и юноша приблизились к морским пехотинцам. Им открылась ужасающая картина. Стопа сержанта была похожа на страшное месиво. Все кости были напрочь перебиты, и три пальца, включая большой, висели на сухожилиях.

Кровь медленно стекала на пол. Ремень, стянутый на подколенной артерии, хоть и сдерживал кровь, но та все равно упорно вытекала из ноги сержанта, и время шло уже на минуты.

– Конец ему, если кровь не остановим, за час уйдет, – Дайрон в отчаянии сплюнул на пол.

– Пробиваться нам надо отсюда! Иначе конец нам всем здесь! Кто сам не сдохнет, того вояки из пулеметов положат. Валить отсюда надо.