Четыре писаки

– А вот моя прабабушка, – начал Мэйсон, словно все только и ждали продолжения его рассказа из истории семьи, постоянно попрекала прадеда тем, что он потеет, усматривая в том нечто совершенно непристойное. Со временем, это стало её навязчивой идеей, и бедный муж был совершенно затравлен. От природы полный и потливый он начал худеть, недоедать и окончательно слёг.

– Удивительно! – Линда выразительно посмотрела на собеседника. – А Вы не занимаетесь фотографией?

– В какой-то мере да…

– Наверное, Вы владеете лучшими программами по обработке фотографий и творите своего рода загадочные шедевры?

– Вовсе нет.

Я признаю только плёночный аппарат. В этом плане я – ретроград.

«Почему бы и нет, пижонство, конечно, но в меру» – подумала Линда и сказала:

– Но и на фотобумаге можно творить чудеса, разве не так?

– Дело в том, – замялся Мэйсон, – что я никогда не проявляю плёнки. Никогда… Просто складываю их в шкаф. Мне неинтересен результат, но лишь процесс…

– В этом и заключена гениальность нашего юного дарования! – воскликнул Айзек.

– Я в фотографии мало смыслю, но мне кажется, что это… словно я рисовала бы с закрытыми глазами, чтобы ненароком не увидеть, что получилось… – удивилась Линда, подумав, что это уже чистейший, вопиющий снобизм, но сделала вид, что она тает от восторга, глядя на Мэйсона. «Такая экстравагантность может очаровать лишь совсем юное создание без малейшего опыта», – подумала Линда, – «Так – жалкое пижонство, не более. Не от большого ума. Достойно рассказа с сюрреалистическим душком.

Если Айзек привлекает больше всего остротой ума, то этот сосунок – лишь своей идеально смазливой мордашкой».

Развеселившийся от подобных откровений студента, Десмонд откупорил бутылку виски и начал всем разливать. Мэйсон наотрез отказался, заявив, что никогда не употребляет спиртное.

– Он, в самом деле, очень печётся о своём здоровьишке, – ухмыльнулся Айзек. – Даже напоминает немного героя Гюинсманса из «Наоборот» – герцога дез Эссента, который питал очень своеобразные пищевые пристрастия.

Но в них он пёр супротив природы – насыщался одним шоколадом с ликёрами.

– Не надо только меня с ним сравнивать, – недовольно заметил Мэйсон. – Это же какой-то вздор потреблять только шоколад. А ликёры – уж никак не для меня. Я употребляю исключительно здоровую пищу. Я – даже не вегетарианец, но веган.

– Тут и Макса Нордау уместно вспомнить, – усмехнулся Эрон.

«Словом, парень даже не оригинален», – мелькнуло в голове Линды.