Лаборатория жизни

Охранные автоматы установлены и проверены. Посты выставлены. Ничего подозрительного. Всё тихо.

И в этот момент пространство вокруг корабля наполнилось страшным рёвом. Через мгновение раздался треск ломаемых деревьев и кустарника, и на поляну перед кораблём вышло ужасное и невероятное по размерам чудовище, примерно трёх метров в высоту и не менее десяти метров в длину. Внешне оно было чем-то средним между давно вымершим земным тираннозавром и носорогом гигантского размера, но было и существенное различие между ними не только в величине.

После того, как чудовище выбралось из леса, оно повторило свой ужасный крик, и из широко раскрытой пасти вырвалась струя пламени, по мощности не уступающая древним земным огнемётам. И Бен Тиммс, и Кан Дуана были бы немедленно превращены в угольки, если бы не мгновенно сработавшие охранные автоматы. Пламя остановилось в паре метров от людей, словно наткнувшись на невидимую стену, а чудовище, сделав шаг назад, село на задние лапы и стало рассматривать незваных гостей.

– Так ты говоришь опасных форм жизни нет? – оправившись от первого шока спросил командир, зажимая при этом нос от тошнотворного запаха разлагающейся плоти. Похоже было на то, что газ, используемый животным для атаки, имел земное название сероводород.

– Так точно, командир, нет, – ответил тот.

– Да? Я бы хотел получить более подробный ответ, – по-прежнему не отрывая глаз от зверя, спросил Бен Тиммс.

– Этот зверь не плотоядный. Он сейчас сильно напуган. Видимо, он решил, что мы посягаем на его территорию, и поэтому решил напасть.

Но есть он нас не стал бы. Как пища мы его не интересуем. А ещё он глуп как пробка.

– Интересно, и какую же пищу привыкли употреблять эти милые зубки в его пасти? И для чего предназначен этот огнемёт? Для брачных игр?

– Совершенно верно, он использует этот механизм во время брачных игр, но в основном он нужен не для этого.

– А для чего?

– Смотрите, он встаёт. Я думаю, вы сейчас сами всё увидите.

И действительно, зверь встал, немного прошелся по поляне, посматривая с опаской на людей, а затем, зачислив их в разряд безопасных, повернулся к ним спиной и стал обнюхивать кустарник.

Обнюхав так несколько растений, он подошёл к огромному дереву. Его листва состояла из острых и прочных, словно колючки дикобраза, шипов, которые были к тому же так густы, что ствол дерева сквозь них был совершенно не виден, и покрывали его до самой земли. Животное сделало шаг назад и изрыгнуло из себя столб пламени.