Женщина мира

Очень хотелось пить, есть и курить, и эта триада напрочь отбила у него все воспоминания.

– Вот видите. Я всё понимаю, у вас, быть может, тяжелый период, но поймите меня и вы. Нужно работать, а вы не можете взять себя в руки. Конечно, вы ещё две недели у нас потрудитесь, но это формальность. Так положено.

– Кем положено?

Через секунду Олег осознал всю глупость своего вопроса, которая читалась на лице его работодателя. Пятиться было некуда, и он признал свою неправоту.

– Да, я вас понял.

– Знаете, обычно люди просят оставить их, что-то обещают…

– А мне нечего обещать, – перебил Олег.

 – Я и себе ничего пообещать не могу, поэтому за остальных даже не берусь.

– И правильно! – нотка удовлетворения и капелька уважения чувствовались в голосе. – Правильно!

– Мне можно писать?

– Вы хозяин, – сказал действительный хозяин положения.

Олег долго выводил буквы на бумаге, периодически уточняя форму. В голове крутились мысли о будущем. День начался как обычно, и резко сменил вектор.

Ужасно. Получается, коллеги что-то знали, раз так смотрели? А он – нет? Удивительно. Когда-нибудь, нам всем всё простят.

Заявление было окончено, подпись директора на нём незамедлительно поставлена.

– Я свободен?

– Можете занять своё рабочее место. Ещё две недели оно ваше.

– И на этом спасибо, конечно, – простонал Олег, тяжело поднимаясь со стула.

Всё это время он пытался поменьше дышать, чтобы не генерировать испарения этанола. Жвачка не могла полностью исправить положения, поскольку источались они через лёгкие.

"И почему же мне снова до сих пор не всё равно?" – подумал Олег, выдохнув, выйдя из кабинета.

Мысленно он уже собирал вещи. Правда, эта информация не успела утрястись, как-то упорядочиться в голове. Он смотрел на других сотрудников, многие из которых сразу же отворачивались, как только ловили его взгляд. Значит, всё прекрасно знали. Вот они, предатели в чёрных плащах. Будут продолжать получать свои тридцать тысяч.

Змеи.

Олег мешком опустился в своё кресло, откинулся, уперев голову в ладонь. Нужно было думать, как жить дальше. С одной стороны, такой поворот событий даже обрадовал его. Он жутко устал от всего. Последние резервы были высосаны. Ходить на работу мешали экзистенциальный кризис, так несвоевременно ставший его родителем, и запои. Но даже на последние нужны были деньги, а они обещали скоро закончиться. Про квартиру и говорить нечего.