Красная линия метро

Но учти: если что не по-моему сделаешь… – Он легонько взял двумя пальцами Сашку за ухо, чуть потянул вверх и, ухмыляясь и растягивая слова, пропел: – Сашко за ушко, да на солнышко…

Испуганный мальчишка не мог произнести ни слова.

– Молчишь? Это правильно. Будем считать, ты меня понял. А теперь, малек, брысь отсюда! Нам с мамкой надо посидеть, покалякать о том о сем.

Лысый сальным взглядом поглядел на мать, а та, разомлев от намека, повела себя и вовсе немыслимым для нее образом. Она покорно опустила глаза и раскраснелась, словно провинившаяся школьница в кабинете директора.

Приняв это как должное, новоиспеченный глава семьи по-хозяйски сбросил свои стоптанные запыленные туфли посреди прихожей и деловито прошагал на кухню. Поставил старенький дорожный чемоданчик на кухонный стул, раскрыл его и вытащил оттуда нехитрые гостинцы: две бутылки водки, банку консервов «Бычки в томатном соусе», колечко краковской колбасы и плитку молочного шоколада, которую, немного поколебавшись, вручил Сашке.

– Лидка, разбирай закуску! Будем встречу отмечать и мое…

Он осекся и как-то странно огляделся по сторонам. Подойдя к настежь распахнутому окну, он закрыл его и зачем-то защелкнул на шпингалет.

– Возвращение мое, короче, праздновать будем, – закончил он негромко и, строго зыркнув на Сашку, угрожающе цыкнул: – Ты почему все еще здесь? А ну, мелкота, брысь к себе в комнату!

Испуганный мальчишка пулей выскочил в коридор. Правда, убегать Сашка не стал, а, прижавшись к стене, притаился.

– Ва… Ой!.. Сереж, я это… не могу… Я в завязке уж неделю…

Раздался грохот удара кулаком по столу. Испугавшись за мать, Сашка тихонько выглянул из-за угла и увидел, как побагровевший от злости гость угрожающе наклонился над ней и, слегка шлепнув ее пальцами по затылку, взревел как раненый зверь:

– Ты че щас сказала?!

Та в страхе лишь отпрянула в сторону и прижалась к стене рядом с мойкой.

– Сереж, только не это… Не надо, не начинай… – испуганно затараторила она. – Сашка ведь все слышит. Давай по-хорошему, как раньше. Не сердись на меня, я сделаю все, что ты скажешь. Любую прихоть, любое пожелание, что хочешь, только сына не пугай.

Видимо, ощутив на себе взгляд, лысый резко повернул голову в сторону двери и уставился на побледневшего Сашку. Тот был ни жив ни мертв.