Дух оперы

Так что будущее в физическом мире не всегда бывает радужным, где случаются катастрофы и глобальные катаклизмы, которые могут стирать начисто память человечества, как уже случалось много раз с земными цивилизациями, когда мир обрушивается в бездну, и люди ведут себя как дикари или звери: дерутся, воруют, убивают, насилуют, лгут, прелюбодействуют, предаются низменным страстям. В иных местах это происходит до сих пор. Вот почему мне не всегда хочется возвращаться в ваш мир.

– Что же это у вас за такой мир, – воскликнул я удивлённо, – где всё устроено не так, как у нас? Ведь идеальное не всегда может быть приятным, когда невозможно дать свободу своим чувствам.

– Ну, почему же? – возразил юноша. – Именно здесь, у нас, и можно дать волю и свободу своим чувствам, но эти чувства не должны быть низменными. Всё зависит он вашего воспитания своих чувств. Если вы приучаете себя к хорошему, то плохое уходит из вашей жизни, и оно становится уже для вас чуждым и даже ненавистным.

– Вы здесь не курите и не пьёте крепких напитков? – спросил я его.

– Не курим, – сказал он, – но возжигаем свечи и курительные палочки и ладан, потому что благоприятные ароматы всегда создают возвышенное настроение, к тому же, пьём лёгкое вино, которые способствует сублимации наших чувств. Ведь вино – это напиток богов, но пьём совсем немного лишь для того, чтобы придать импульс своему вдохновению.

Правда, я всегда обхожусь без вина. Обычно мы это делаем при общении, когда лакомимся деликатесами и предаёмся интеллектуальным дискуссиям, если сочиняем стихи или слушаем прекрасную музыку. Но и вино у нас специальное, которое мы называем эликсиром бессмертия, так как оно позволяет нам обретать высшее вдохновение, после которого мы создаём свои бессмертные творения.

Порывшись в кухонном шкафу Юрия, я нашёл бутылку вина, откупорил её и налил его в железные кружки, так как после погрома полтергейста в квартире Юрия не нашлось бокалов.

– Ваше здоровье, – сказал мне юноша.

Я чокнулся с ним и выпил содержимое кружки с большим наслаждением, потому что подумал, что, может быть, придёт такое время, когда вино исчезнет из нашей жизни.