Олимпийские игры

Все же на Олимпе есть пьедестал почета с местами I, II и III. Я восхожу на первое место, мне вручают золотой кубок чемпиона Олимпийских игр. Кроме меня на пьедестале почета никого нет. "Неужели, – думаю я, – больше никто не пришел к финишу? А где же мои спутники, которые вместе со мной пришли к финишу? Или их награждение будет проходить отдельно от моего? Странно". Как только я успеваю так подумать, ко мне подбегают гречанки и буквально забрасывают всего живыми цветами. Я не вижу в толпе ни Андрея, ни Николая Саныча. С Андреем все понятно.

Он где-нибудь спрятался и не может пережить моей победы. Страдает от зависти. Но вот почему нет Николая Саныча, моего тренера? Он-то уж обязан присутствовать на моем награждении. Председатель Олимпийских игр произносит длинную речь на греческом языке, без перевода я ее не понимаю. По-видимому, он говорит что-то хорошее в мой адрес. Затем все меня поздравляют бурными аплодисментами.

Я поднимаю руку с кубком, раскланиваюсь на все четыре стороны. Затем схожу с трибуны, и народ начинает расходиться, уже не обращая на меня никакого внимания.

Я растерянно смотрю по сторонам, сжимая в руке золотой кубок, пытаюсь взглядом отыскать в толпе знакомое лицо, но бесполезно. Все лица чужие, похоже, что никому нет до меня никакого дела. Ко мне подходит распорядитель церемонии и просит немного подождать.

– Что здесь происходит? – спрашиваю его.

– Как, что происходит? – он пожимает плечами. – Как всегда происходит процедура чествования Олимпийского чемпиона.

– Меня одного?

– Да, тебя.

– Почему чествуют только меня? А где другие?

– Но ведь только ты пришел первым к финишу.

– Как? – удивляюсь я еще больше. – Пока я бежал, изменились правила Олимпийских игр? Никто не занял второго и третьего мест?

– Молодой человек, – строго замечает он. – Если что-то и меняется в мире, то только не правила Олимпийских игр, они вечны и обязательны для всех, как для смертных, так и для богов.

– Но что происходит? – опять восклицаю я взволнованно. – А где все? Где Николай Саныч?

– Я не знаю никакого Николая Саныча, – отвечает он спокойно.

– Тогда где кентавр Хирон? – не унимаюсь я.

– Кентавра я отправил на Остров Блаженных. Они не должны находиться на Олимпе.

– А где Гермес?

– Бог Гермес испарился.

– А кто вы?

– Мое имя Эпиметей.

– Вы – тот самый титан, который "силен задним умом" и у которого на Острове Блаженных осталась жена? – непроизвольно вырывается у меня.

Он резко поворачивается и идет прочь.