Возвращение к себе

Да разве в нашей системе тотального контроля можно нарушить закон. Правда, есть отдельные личности, пытающиеся где-то вспомнить о себе, или извлечь какой-то свой интерес. Но они тут же попадают в сети, расставленные нашими контрольными службами, а потом – под маховик нашей карающей машины. Наша система такого чиновника просто раздавливает как таракана. Поэтому запомните, работая в системе, нельзя нарушать её правила. И все мы прекрасно знаем, чем грозит нам отступление от закона. Поэтому нам всем так больно сознавать то, какая молва идёт о нас среди народа.

Ещё в народе говорят, что мы ничего не делаем и получаем зарплату зря. Это тоже великое заблуждение, потому что система освобождается от нерадивых чиновников быстро и без всякого сожаление. Это и правильно. Если бы мне привелось построить градацию ценности человеческих профессий, то чиновника я поставил бы на самую верхнюю ступень нашей общественной лестницы. В жизни так оно и есть, потому что чиновники находятся у руля нашего государства. Сама жизнь определила им это место. А почему? – вы об этом не задумывались?

Женщина ему ничего не ответила.

– Да потому, – продолжал Сергей Андреевич, – что мы самые универсальные люди в нашем обществе, имеющие огромный кругозор и обладающие ни только административным опытом и аналитическим умом, но и возможностью предвидеть будущее. Именно так, и не иначе. Это мы планируем дальнейшее развитие государства, мы просчитываем все будущие трудности, которые могут возникнуть на его пути. Это мы отводим любую беду, которая грозит навалиться на общество и подмять его под себя.

И как нам больно сознавать после всего этого, что никто этого не ценит. Здесь работают самые лучшие люди города, можно сказать, сливки общества.

– Да, – вдруг сказала женщины, продолжая смотреть в окно, – и все чиновники получают больше нас в несколько раз. За такую зарплату можно порадеть. Что уж говорить о сливках общества, когда они помимо высоких окладов имеют ещё другие доходы.

– На что вы намекаете? – спросил её Сергей Андреевич недовольным голосом.

– А вы знаете, как называют в народе общим словом нектар и пыльцу, которую собирают пчёлы? Если не знаете, то могу сказать вам. То, что собирают пчёлы, называется взяток.

– Вы хотите сказать, что мы берём взятки? – рассердился Сергей Андреевич.

– Раз уж наш разговор принял такой откровенный характер, – сказала женщина и посмотрела пристально в глаза Сергею Андреевичу, – то можно подумать, что вы не берете взяток.