Рэбер

Птицы поют свои любимые хиты, спокойствие окутывает душу и я будто совершенно где-то в ином мире, измерении. В нем нет шума бьющий по барабанным перепонкам, в нем нет бестолковых людей красующихся перед друг-другу кто лучше, кто круче, кто состоятельней. Лес прекрасен весь полностью одинаково и доказывать ему ничего не надо: – После этих слов я уснула, мы ездили на сутки в лес. Папа, милые речи об этих местах. А на утро я проснулась от холода, отца не было. Он оставил записку, – если ты хочешь выжить в том зверском городе, тебе нужно найти выход самой.

 – Рядом лежал нож, спички, фляга с водой и шоколадный батончик. Папина забота, ничего не скажешь. Я гуляла по этому его "прекрасному месту" и проклинала все на свете. Под вечер вышла на дорогу где была наша машина. Отец в чем не бывало пил горячий кофе и жевал бутерброды. А мой желудок уже почти сожрал сам себя. Папа увидел меня, улыбнулся будто это все нормально, обычное дело оставлять ребенка. После этого я ни разу не была в лесу с ним. Он сказал это была последняя проверочная, и я сдала экзамен.

В итоге поговорили с мамой, собрал вещи и на следующий день уехал. Я его не проводила, не желала видеть. Он присылал подарки на мое день рождение, новый год или восьмое марта. Звонил, напоминал о своем существовании.

В магазине я подошла к кассе, за ней сидел парень. Худой телом, полон в лице. На голове у него заплетена косичка на синей резинке. Белая рубаха запачканная в чем то, закатанные рукава открывали татуировки. На правой руке дьявол, на левой грустный слон Дамбо.

– Здравствуйте, мне бы на работу устроиться к вам.

– Думаешь стоит, – ответил он.

– Выбора маловато.

– Выбор есть всегда.

Он встал со стула, и вышел из-за кассы. За ней он скрывал потертые джинсы и здоровые черные ботинки длинной как ласты.

– Свет, замени меня, – крикнул он.

Он направился в соседний зал, махнул рукой чтобы я шла за ним. В отделе алкоголя выделялась черная железная дверь, на ней кодовый замок. Он нажал кнопки, открыл дверь.

– После вас.

Я зашла первой. Коротенький коридор, и еще две двери по бокам.

– Нам направо.

Я открыла дверь, в комнатушке сделанный под кабинет пахло табаком. На столе кипа бумажек и канцелярии. Старенький компьютер от процессора доносился предсмертный вой. За экраном, женщина в теле подняла свою голову и внимательно посмотрела на меня, потом на этого парня.

– Что такое? – спросила она.

– Девушка интересуется работой у нас.