Жрица

Что мне ему сказать? Что дурак, каких свет не видывал?

Он входит первым, я за ним. В комнате полно людей, судя по отбрасываемым теням, – те же хаасы, по центру дальней стены три стула, на одном из которых – вождь, по сторонам – еще двое. Я смотрю исключительно на него.

– Это суд? – голос мой тверд, как и всегда. – В чем моя вина, вождь? Разве я нарушила ваши законы?

– Как мне к тебе обращаться? – громко спрашивает он, чуть подаваясь вперед.

– Как угодно. – Я пожимаю плечами.

– У тебя нет имени? – усмехаясь, он подкладывает кулак под щеку.

– Оно тебе ни к чему. – Я кажусь забавной зверушкой, попавшейся в силки, только и всего. Пусть так и остается.

– Это не суд, неназваная. Мы хотим слышать твою историю. Если будем судить, то не тебя.

– Я иду на Запад, вождь. Это все.

– Хорошо, – кивает он и откидывается на спинку стула. – Тогда мы сначала выслушаем других, а потом снова тебя. Черный Туман!

Происходит секундная заминка, прежде чем в зале действительно наступает тишина.

– Девушка действительно двигалась на Запад, пока я следовал за ней. Приметил, потому что странная. Одна в пути, налегке, ни оружия, ни защиты, пешком. Шла лесами, останавливалась только в двух городах. В первый раз, когда я снова отыскал ее на улицах, выходила из горящего дома, там погибла семья. Во втором городе лично видел, как она женщине в грудь ритуальный нож вонзила в святом круге. Не вмешался, не знал всех обстоятельств. Выяснил, кем была эта женщина, сказали, что служила в храме, а в последний год ушла в отшельницы.

Прознал про нож и жертвоприношение, а девушка внезапно решила взять коня и уйти глубже в лес. Меня почуяла задолго, хотела скрыться. Я ее нагнал, пришлось стрелять в коня, иначе могла уйти. Когда она у реки в воду сорвалась, вытащил, думал, мертвую, а она задышала. По дороге она кромулом крыс убила, хотя и глаза, и руки я ей завязал, и меня пыталась придушить. Уверившись в своей правоте, оставил ее у Паука, тот говорил с ней, как обучен.

– Мы знаем, как говорит Паук с его гостями, – улыбаясь, произносит вождь. Как мило, что пытки кажутся им забавными.

– Он ее оставил, подумал, что увлекся, и просчитался. Пошел за мной. Когда вернулись, ее уже не было и машины тоже. Рванул по следу. Нашел у ведов рядом с Вербой. Думал, она сама к ним поехала, Паук мог ее покалечить, да и я неслабо приложил о камни. Веда кричала, что ребенок мертвый, а девушка держала руку на животе Вербы.