Жрица

– В таком случае мы уже услышали ее слова, – веселится вождь, словно я не стою передним в цепях. Окружающие неловко посмеиваются. – Теперь, неназваная, расскажи свою историю с момента встречи с Туманом, – он победно глядит на меня, словно загнал в тупик.

– Я скакала на коне, когда услышала, что меня преследуют. Конь сорвался с обрыва, утянул меня за собой. Очнулась связанной на земле. На первом привале среди ночи услышала крыс. Поскольку глаза мои были завязаны, поднявшийся в воздух кромул не видела, но охотник заметил и спас.

Слышала, как пищали крысы, а потом стихли. По утру шла, спотыкаясь об их мертвые тела. Когда поняла, что охотник убьет меня, как только мы дойдет туда, куда направляемся, решила побороться. Пыталась задушить его своими же цепями, но только разозлила. Когда палач топил меня, потеряла сознание, пришла в себя и попыталась уйти. По дороге встретила Вербу, думала, успею довезти ее и убраться подальше, но не успела. Охотник нашел, вернул палачу. О том, что обязана своим освобождением Рутилу и Вербе, узнала, только когда поднялась с постели. Меня предупредили, что я не смогу уйти, пока не поговорю с вождем, потому я перед тобой.

– Знаешь, неназваная, ты убила бывшую храмовницу в святом круге, ты убила крыс, ты сама умирала, задыхаясь в воде, так, что два моих опытных воина ошиблись, и ты вернула жизнь Гибкой Иве. – Вождь переводит свой взгляд в сторону. – Чье рождение – праздник для нас, Рутил, да будут Боги благоволить ей и хранить ее.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не усмехнуться.

Это какие Боги нас хранят?

– Вот почему мне думается, неназваная, что ты способна управлять смертью.

– Никто не может повелевать самой Смертью, вождь. Это противоречит слову Богов. Смерть всегда забирает принадлежащие ей души так или иначе. Крысы погибли от кромула, а веды ошиблись, не расслышав сердца ребенка, как ошиблись и твои волки.

Старая женщина по левую руку от вождя вдруг поднимается с места и внимательно смотрит почти бесцветными глазами из-под сморщенных век так внимательно, что я делаю глубокий вдох и воинственно поднимаю подбородок, намереваясь защищаться до последнего.

Она знает.

– Сними с нее цепи, – дребезжащим голосом велит женщина.

– Объяснись, Мудрая как Сова, – требует вождь.

– Прости моих детей, девочка. – Она отмахивается от него и делает шаг вперед. – Они слишком молоды, чтобы знать о таких, как ты.

Я чувствую движение позади меня и не глядя протягиваю руки в сторону.