Охотник за нечистью и Похититель душ

Луна заслонилась тучами, не желая смотреть на его страдания.

«Уничтожь ведьмака, Свияж! Убей его! Твой хозяин повелевает тебе – исполняй!»

Венельд проснулся внезапно, будто кто-то толкнул его в бок. По многолетней привычке он ничем не выдал своё пробуждение – дышал мирно, лежал тихо, глаз не открывал, пока не осознал себя в доме у Герты. Слух говорил ему, что, кроме него и Тура, в комнате никого нет, однако внутреннее чутьё ощущало злое присутствие чужой воли. Тур бормотал что-то бессвязное, метался во сне.

– Нет, – разобрал Венельд. – Нет! Я не стану… не стану!

Опять! Более не осторожничая, парень выбрался из-под одеяла, спустил на пол босые ноги, встал. Голова не кружилась – помогли травяные отвары! Тур продолжал метаться. Венельд шагнул к нему, тронул за плечо. Тот не просыпался.

– Эй! – позвал Венельд, раздумывая, не использовать ли вновь тайное имя, – и не стал. Тьма его разберёт, как это работает! В прошлый раз померкло сознание, в этот как бы похуже чего не вышло, – он потряс лежащего, – Просыпайся!

«Сейчас он склонится над тобой, Свияж.

Схвати его за горло, выдави из него жизнь – и я отпущу тебя!»

Пальцы Тура изогнулись, будто когти хищной птицы, впились в одеяло. Могучее тело сотрясала дрожь, глаза закатывались. Догадавшись, что бывший наёмник сопротивляется из последних сил, Венельд отпустил его, пересёк комнату, отворил дверь.

– Герта, – позвал громким шёпотом, отчаянно надеясь, что спит она чутко. – Туру нехорошо.

Кажется, опять!..

В полумраке раздался сонный вздох, какая-то возня, и через мгновение в просторном общем покое, куда выходили двери всех комнат, показалась хозяйка дома. Она куталась в узорчатую длинную шаль, кистями ниспадающую до пола и скрывающую светлую ночную рубаху; темные с проседью волосы, обыкновенно стянутые в узел, привольно рассыпались по плечам. Взглянув на встревоженного Венельда, она поплотнее запахнула шаль и ускорила шаг.

Когда прохладные ласковые пальцы коснулись лба, погладили виски, а нежный голос, так похожий на мамин, позвал: «Тур! Просыпайся, сынок!» – морок будто отступил, съёжился, обращаясь обычным ночным кошмаром.

«Свияж!» – попытался удержать его колдун, но Тур уже просыпался, ощущал подле себя людей, видел доброе участливое лицо склонившейся над ним женщины и выглядывающего из-за её плеча Венельда.

Герта улыбнулась Туру, погладила по волосам, как маленького:

– Снова, да?

Он кивнул.