Дьявол и Город Крови 3: тайны гор, которых не было на карте

Если теперь спровадить ее на тот свет, клятва ваша перед Богом видна станет, и уже не может Бог слова вашего разбить. Что связано на земле, то связано на небесах. И если клялись неуверенно, или как-то неправедно в сердце своем, клятву лучше повторить! Вы, Матушка, – он поворотился к Ее Величеству с озабоченным видом, – к нам, к Спасителю Вашему… Мы тропиночку-то вам откроем и поможем…

– Зачем тебе Манька, зачем тебе Манька… Вишь, чего умный человек подсказывает?! – грозно сдвинула брови Ее Величество. – Вот почему ты не совсем вампир? А потому, что клятва твоя неуверенная была! Поди, убедился уже, что правда на нашей стороне, что дружно живем и любовь промеж нас?

– Да как же не убедиться-то? Так ведь противно, видеть не могу, думать не могу! Голова начинает раскалываться! Ну, была когда-то ребром, мне всю жизнь себя за это теперь казнить? Я ребра никому не давал Ты – моя душа! И немногие вампиры могут это понять! Я вот смотрю на них и вижу: не поднимаются так высоко, как мы с тобой, и голос слаб, и мысли приземленные…

– Так-то оно так, – согласилась Ее Величество.

 – Так ведь нет клятвы нашей на небе. Мое ребро там, а твое? Двое или трое свидетелей должны свидетельствовать, один не свидетель! Грех на нас ложится, пока клятвы не доставлены на небо.

– А это при чем? – удивился Его Величество.

– Повезут они на Небо нашу клятву, и Бог за нас с них станет спрашивать, отчего мол ты, Манька, придумала такое, и клятву взяла с собой, как будто ты Бог, чтобы решать за Меня! Вот теперь отвечай за все! И будут отвечать, а мы убелимся.

– Так ведь если мы с тобой души друг друга, за что ей отвечать? Ну, увидел, ну и что? Да пусть делает с ней что хочет, нам-то какое дело? А ей до нас? Ну, полежала маленько, так я каждую неделю лежу – и ничего, живой, здоровый! – Его Величество похлопал себя. – Разве обидел нас Господь?

Избранный и Ее Величество опять переглянулись. Цыганский еврей осуждающе покачал головой.

– Это оттого, что вы, Ваше Величество, вампиром стали по собственной воле! Немощи наши уходят от нас вместе с осужденным.

Избранные мы, Помазанники, царями поставил нас Господь… Я в переносном смысле, над невразумленными и над собою. Но волю надо еще Богу предъявить, чтобы половинка к половинке легла и туго ребрами связалась. Проклятые за жизнь цепляются разве? Судьба у них такая, предначертание. Это как два птенца в одном гнезде: дает нам Господь супостата, и тут уж кто кого вытолкнет раньше, тот и выживет.