Под знаком Меркурия

Свежие булочки и сливочное масло – вкуснятина. Пока ел, вернулась с мороза Марфа. Раздевшись, села напротив и неловко поглядывая на меня, взялась штопать сыновью рубашку.

–Марфуша, я сейчас по делам. Ты старшая в доме. Вот тебе 30 рублей на хозяйство. Приду в пять вечера, пусть будет нормальный ужин, хорошо?

Эта лавка выглядела куда солиднее, занимала первый этаж углового доходного дома. Старший приказчик уже ждал меня, дядюшка послал заранее нарочного с письмом обо мне. Выделили мне конторку с маленьким окошком, где я мог разложить гроссбухи.

Чихая от пыли, начал проверку. В принципе, после первого аудита, всё пошло как по смазанному.

Попросил подать мне чаю через два часа и к пяти вернулся домой. Марфа вела себя абсолютно непринуждённо, и я тоже расслабился. Днём то накрутил себя, ну типа «поматросил и бросил». Ничего серьёзного у нас не может быть из-за сословных различий и Марфа опытная женщина, это понимает. Я точно не влюблён в неё, а вот моё юношеское не целованное тело очень даже бурно реагировало на соблазнительную особь.

Судя по всему, женщина стремится подняться за мой счёт, ну а я не против. Обоюдовыгодный союз, а там как получится. Да и похоже на то, что она не в обиде на меня – вон, какая довольная ходит. Сейчас, когда исчезло угрюмое выражение лица и в обновке, она выглядела помолодевшей и я с удовольствием посматривал на неё, пока ужинал.

9

Через неделю я закончил проверку и понукаемый Тихоном, отдал указание собираться домой.

Стоило поторопиться, днём стало совсем тепло и снег начал таять. Не хочется застрять в весеннюю распутицу.

Выехали поутру, я уже привычно притулился к Марфе и задремал. Марфа ещё разок пришла ко мне в спальню, сама и довольная ушла под утро. Прошка отъелся на свободе, ему пошла на пользу поездка. Видимо дома в Кинешме его все, кому ни лень гнобили. А в Костроме он помогал мужикам и лазил по городу. Я дал ему рубль и счастливее его пацана не было, накупил леденцов и свистульку какую-то.

Вернулись домой под вечер, думал уже, что застрянем. Снег стал липкий и налипал на полозья, приходилось останавливаться и очищать их.

Вечером, после добротного ужина, давал отчёт Георгию Ивановичу. Собственно, недостача была небольшая, в пределах допустимого. Так он и сказал, по мне так выглядел дядя довольным. Налил нам по рюмочке шустовского и мы смаковали его в кабинете.