Армагедец, или Валькирия & горгулья

 – Здрассте, я – ваше величество, бабушка валькирия сорока пяти лет отроду, наследница и владычица ваша… – охренеют и попадают со смеха. Тут у вас любой младенец на порядок старше меня.

– Я помогу тебе стать валькирией. Ненадолго смогу, наверное. Сил много нужно, чтобы удержать чужое сознание в определенном состоянии. Человеческое легко, а твое управлению плохо поддается.

– А как меня звали? Если я своим именем назовусь, они не поймут, что за наследница. Когда я родилась, миру, наверное, об этом поведали… пушки там, салюты, праздник, пир на весь мир, или скромненько все было?

– Праздник был, да, неделю гуляли.

У меня глаз как раз тогда и украли. А имя твое Мирмира, что значит Миру Мир. Родители, когда сюсюкали, Мирочкой или Мирок называли.

– А что сразу не Мир-Май-Дружба или Пролетарии-Всех-Стран-Соединяйтесь? Мира, значит. Ну, ничего так имечко, – посмаковала я его вслух. – Кстати, а тебя как зовут? А то все ты да ты…

Горгулья густо покраснела, потом вздохнула.

– Горгулья, так и зовут.

Я ж не человек. В личном деле – существо неопределенного вида с демоническими свойствами, и каталожный номер. Еще Каменюкой называли, прозвище такое, или Грымлей. Да нас всех, так и зовут, мы ж на одно лицо.

– Будешь Гуля, – решила я. – Каменная Гуля Фауновна. Пращура твоего, Кхорна, поминать не будем, а то помяни его… Для меня ты еще какой человек, а человеку без имени нельзя.

Очень хотелось увидеть себя в зеркале. И зеркало материализовалось прямо за озером. Все время забывала про чудесное свойство этого ледяного помещения.

В зеркале отразился какой-то кошмар, хоть и приводила себя в порядок все утро. Опять мешки под глазами, волосы во все стороны торчат, тело какое-то бесформенное.

Расправила плечи, дожидаясь, когда отрастут крылья.

Гуля аж вспотела, взывая к моему сознанию. Наверное, ей было не легче, чем мне, когда я ползла в этот мир через барьер. И у нее получилось. Я снова вспомнила в мельчайших подробностях то мгновение над пропастью, ощущение полета – и осталась в этом состоянии, стараясь его удержать.

Вышла на середину озера по стеклянной поверхности.

– Мне драконов, пожалуйста, – попросила Всевидящее Око.

И внезапно оказалась в спальне демона Граммуля. Он развалился на кровати в окружении трех прекрасных гурий, ласкающих его бицепсы и кубики на животе, одна так вообще вылизывала пятки и посасывала пальцы ног. Ублажал себя мужик со знанием дела, ни в чем себе не отказывая.