Не оглядывайся назад

Налили водочки и выпили за здоровье. Закусил огурцом. Пора водружать шампуры на угли.

Ух, какой дух пошёл, как же я завидую тем, кто может спокойно есть всё, что хочет. Я перевернул зарумянившееся мясо. Может съем кусочек, больше нельзя.

А что у нас с ухой? Пошла картошечка с морковкой, лаврушку, конечно. Остальные специи не добавляю, боюсь, что опять скрутит. Варёных окуней нарезаю, отделяю филе. Пойдут, когда картошка сварится.

Посидели знатно, немного захмелел, но в меру. Спать разошлись часов в десять.

Проснулся от уже привычного бормотания старца, в полудрёме дал ему разрешение на какой-то там протокол и сразу уснул.

Проснулся позже обычного, в девять. Состояние такое, будто вчера хорошо принял, не менее пол-литра в одно горло, голова гудит и вялость. Купание в речке немного поправило моё состояние. Пообедав вчерашней ухой, мы выехали домой. Пока сгрузил мешки с картошкой в гараже, перетаскал банки с вареньем, прошёл час. Дома ополоснулся и прилёг, что-то мне не хорошо.

С утра понял, что заболел, пришлось звонить на работу, отпрашиваться. Через два дня стало отпускать, прошло обморочное состояние. Сделал себе омлет, пошёл на ура. Если появился аппетит, значит выздоравливаю. А вечером раздался звонок в дверь, за порогом Лена, Леночка, Елена Дмитриевна – если хотите. Моя коллега, милая девушка. Пришла к нам в институт два года назад. Попала в мою группу, и у нас сразу установились дружеские отношения. Первое время наши штатные ловеласы пробовали к ней подкатывать, но получали отлуп по полной.

Среднего роста, сероглазка с хорошей фигурой вызывала определённые желания. Мешало только полной отсутствие желания общаться с её стороны и трость, на которую Лена опиралась.

Я, через несколько месяцев нашего общения был посвящён в её историю.

Очень трагичная, однако. Рано вышла замуж, всё прекрасно, любимый муж, сыну три года. Роковая случайность – ехали на машине на дачу. Навстречу нетрезвый водитель грузовика выехал на встречку.

Лобовая – муж, ребёнок и отец погибли сразу. Лена выжила, но долго лежала по больницам. Несколько операций на ногу, хромота осталась на всю жизнь. Бедненькая, живёт с престарелой матерью. Когда мы познакомились, у неё в глазах не было интереса жить. Я тогда не понимал, такая молодая, лет двадцать пять, а глаза неживые. Постепенно отошла и подозреваю, что я сыграл здесь определённую роль. Мы общались вне работы, Лена была у меня дома, а я у них.