Свой среди чужих, или Гауптман с Олерона. Часть вторая

 – А спортом каким-нибудь занимались?

– Нет, насколько мне известно, – раздраженно ответил я. – А какое это имеет значение?

– Значит, не занимались? – ответила Алена вопросом на вопрос.

Я не стал удостаивать ее повторным ответом.

– Видите ли, Штефан, мне интересно разобраться, понять, – сказала Алена, не спеша расставляя каждое свое слово, словно фигурки на шахматной доске. – Вас прислали сюда с совершенно определенными целями, и мы, преподаватели в разведшколе, получили насчет вас очень четкие инструкции.

Нам здесь предстоит за месяц из вас, простого рабочего паренька, не имеющего никаких военных навыков и практических знаний, не бывавшего нигде, кроме лунных баз, слепить суперагента, способного выполнять очень ответственные поручения и решать самые сложные задачи в тылу врага. Причем обучение будет проходить не вместе со всеми другими курсантами разведшколы и не по обычному программному курсу, а по ускоренному и сверхсекретному. Согласитесь, задачка еще та.

Я согласно кивнул.

– Вот я и хочу разобраться, что же вы за фрукт такой – Штефан Дорн, и почему именно вы так нужны центру, и вообще, с чего нам здесь начинать.

– Начните с начала, – посоветовал я. – Учите меня, учите, я очень усидчивый и чрезвычайно талантливый молодой человек, – сказал я, раскрывая шуршащую обертку и отправляя в рот очередную шоколадную конфету.

– Ух и здоровы вы сладкое лопать, – почти восхищенно сказала Алена, наблюдая за моими активными действиями по уничтожению ее запасов сладкого.

– Если человек талантлив, то он талантлив во всем, – процитировал я одно из любимых выражений мамы. – В том числе и в поедании сладкого, – добавил уже от себя. – Но, если вам жалко… – Моя рука зависла на полпути к вазочке с сухофруктами.

– Нет, что вы, ни в коем случае, продолжайте, пожалуйста, кушайте на здоровье. Прошу вас, талантливый вы наш.

– А вы мне кофейку еще не нальете? – набрался я наглости.

– Почему же не налью, обязательно налью, – улыбнулась Алена.

Она, немного поколдовав возле кофейного аппарата, соорудила и передала мне еще одну чашку капучино с огромной белоснежной шапкой из молока, возвышавшейся над кружкой как шляпка гриба.

– Ну что же, давайте перейдем к делу, – сказала она. – Я познакомлю вас с распорядком в разведшколе и с нашими правилами, хоть вы человек и штатский, но я думаю, что должны понимать, что и то и другое вы должны принять и соблюдать неукоснительно.