Это сладкое слово – Камчатка

И тем не менее, три четверти часа Груздев тщетно и честно потратил на поиски в нём хотя бы намёка на брод… Но всякий раз уже в двух-трёх шагах от берега оранжевая из-за взвешенной в ней глины водичка уверенно достигала ему до середины бёдер, а чрезвычайно вязкий и неуклонно утолщающийся слой глинистого же донного ила грозил стащить с него сапоги… Как раз во время очередной такой безуспешной попытки из глубин памяти неожиданно выплыло где-то когда-то уже слышанное им название – Мутная или Мутный?

После чего Груздев с сознанием исполненного на сегодня служебного долга повернул лыжи вспять.

К его приятному изумлению даже одинарная лыжня настолько облегчила ему ход, что он изловчился вернуться на Шумную – засветло!

На другой день, долёживая в утренней постели последние сладкие миги, Груздев уже строил планы реванша за вчерашнее: захватив с собой двух– трёхдневный запас провизии и Нукера, по хорошо накатанной лыжне в сжатые сроки выйти к Мутной и таки надыбать в ней брод, а уж там! Но едва выглянув из зимовья наружу, тут же про себя отметил: что в природе всё выглядело вроде бы так же, да не так! То есть погода на рассвете была ещё более мягкой, чуть задумчивой и ласково обнадёживающей, чем во все предшествующие дни; но уже в самом этом чрезмерном благорасположении таилась грядущая перемена, надо думать, не в лучшую сторону… Конечно, на исходе апреля пурги крайне редко бесчинствуют более одних суток.

Но даже и при таком раскладе простая арифметика свидетельствовала: сегодняшний – пятый для них по счёту – день он, допустим, вновь весь пробегает в заречье, ну а шестой – пропургует, в лучшем случае вот здесь, на Шумной. Но и тогда за оставшийся в запасе седьмой – им с Нукером по забитой свежим снежком лыжне на Косу к контрольному сроку ни за что не успеть… А нынешний Груздев, между прочим, дорожил хрупким балансом достигнутого взаимопонимания с Хохлом.

Так что, предельно разгрузив свой рюкзак от консервов и круп, а взамен втарившись до упора жареной рыбой, Ростислав взял курс на юг.

За походные деньки его Нукер заметно подрос и окреп, поприбавил уверенности в себе и поднабрал первого жизненного опыта, но всё это его едва и не сгубило… Они уже миновали Пятую речку, когда Груздев сильно заинтересовавшись – дневным! – и наисвежайшим на подтаявшем снежку соболиным следом, даже полуприсел на одно колено рассмотреть его поподробней.