Как молоды мы пили. Сто историй спортивного журналиста

Расскажу – не поверите: главным источником зарубежной спортивной информации были тогда для «Советского спорта» сообщения «Франс Пресс», так называемые ленточки, которые нам по дружбе откладывали в московском офисе агентства, а редакционный шофер их каждое утро забирал. Да, некоторые сообщения были с суточной бородой, но в нашем отделе и это считалось подарком судьбы.

В шесть часов вечера из типографии привезли первые оттиски полос, и я углубился в чтение – в высшей степени внимательно и чрезвычайно неторопливо.

Изучил все, как под микроскопом, и уже собирался в соответствии с инструкцией отнести полосы в бюро проверки, но тут мой взгляд остановился на заголовке к репортажу с чемпионата мира по боксу, который в те дни проходил в Гаване. Заголовок выглядел так:

ПЕРВАЯ МЕДАЛЬ В ГАВНЕ!

Это потом я услышал тысячу репортерских баек о пропущенных буквах и словах, посмотрел фильм Тарковского «Зеркало», где матери главного героя кажется, что при наборе текста допущена ошибка и в слове «главнокомандующий» отсутствует буква «л», и познакомился со стариком, заведующим корректурой, который в тридцатые получил срок за отсутствие «г» в слове «Ленинград».

А тогда, в начале июля 1974-го, я, ничего еще не знающий и не умеющий, покрылся холодным потом и стал названивать Шевцову, а когда он снял трубку, несколько раз выкрикнул:

– В Гавне! В Гавне!

Надо отдать должное Оресту Петровичу. На мои крики он не отреагировал и, помолчав, абсолютно спокойным голосом спросил:

– Кто это?

– Гескин, – сказал я.

– Кто такой Гескин? – спросил Шевцов.

– Из международного отдела. Внештатный корреспондент, – промямлил я.

И вот тут Ореста Петровича прорвало. Очень коротко, несколькими фразами, используя исключительно непечатную лексику, он объяснил мне: (а) кто я такой; (б) кто такие мои начальники, оставившие дежурить внештатника и не предупредившие об этом его, Шевцова; (в) что если звонишь заместителю главного редактора, который в данном случае является еще и ведущим редактором, желательно здороваться; и, наконец, (г) что корректоры давным-давно нашли пропущенную букву и исправили ошибку.

После чего он еще раз напомнил мне, кто я такой, и бросил трубку.

Я перевел дух. Уфф… Ничего подобного мне прежде слышать не приходилось, и я даже зауважал этого незнакомого мне человека, который способен на ровном месте устраивать такие разносы. Пошел к дежурному соседнего отдела, поделился впечатлениями.