Градиент

– Это не собака, а чепрачный шакал, – капитан медслужбы засунул пистолет в кобуру, – вообще-то они людей боятся, но не в голодное время.

Капитан говорил спокойно, будто читал лекцию:

– Нет, нет, зубы не разжимайте, плесните водой – сам отпустит. Вот так. Больного – в машину, на первичные процедуры… да, и вот ещё что… возьмите мазок слюны у шакала, на всякий случай…

Ночью лейтенанта разбудили автоматные очереди. Он выскочил из кунга, разбудил солдат, приказал залечь под машину и не высовываться.

Наши часовые целились по вспышкам выстрелов невидимых врагов. Было слышно, как чужие пули шлёпают по цистерне АРСа[16 - АРС – авторазливочная станция на шасси ЗИЛ. Имеет цистерну 2,7 тонны.] – будто кто-то хлещет мокрыми тряпками. Потом всё стихло, только журчала вода. Экипаж АРСа быстро забил в пулевые отверстия заранее приготовленные деревянные чопики, так что воды пропало немного.

«Нас так просто не возьмешь, – подумал Скворцов, – однако и сволочной здесь народ… их же спасают, и они же нападают.

Подошли бы да попросили воды – мы ведь не откажем»

– Откажем, потому они и напали, – капитан медслужбы будто читал мысли, – знаешь, лейтенант, зачем им вода?

– Как то есть зачем?

– А так. Они коров спасают. Стадо своего грёбаного генерала. Добывают воду любыми средствами. Коровы – главная здесь ценность. У кого стадо уцелеет, тот сказочно обогатится после засухи. А на людей плевать они хотели. И на чужих, и на своих.

Человеческая жизнь в этой стране ничего не стоит. Если бы силёнок хватило, они и нас бы перебили, глазом не моргнув. Вот так-то, лейтенант.

Скворцов хотел сказать, что надо заявить протест, что это провокация, международный скандал, но, подумав, промолчал. Однако капитан снова прочитал его мысли:

– У нас потерь нет, и ладно. Начальству, конечно, доложим, но, думаю, до протестов дело не дойдёт. Какие протесты? У нас же с ними дружба. ДРУЖ-БА, лейтенант!

На рассвете солдаты из боевого охранения нашли чернокожий труп в форме рядового сомалийской армии.

Ни оружия, ни документов при нём не было. Наша пуля пробила ему живот, а своя – затылок.

«Социализм хаять может только тот, кто ужасов капитализма не видел. Звериного его оскала», – подумал лейтенант. И снова погладил карман, в котором лежал партбилет.

2. Сомали, Бербера, 26 февраля 1975 года.

«Если воду не пить – во рту сушняк. И сам как вобла.