История одного рода

Эль вбежала в хижину и, поскользнувшись, едва устояла на ногах, она полностью промокла, волосы сильно растрепались, а в сапогах булькало, будто в кувшине с водой. Брошенный лук со стуком вскользь упал на пол, рядом были сброшены сапоги, после чего Эль сняла кожаную рубаху, под которой была лишь легкая полупрозрачная короткая камиза, к тому же от влаги прилипшая к телу. Ильгиз засмущался и отвернулся, его лицо покраснело, глаза забегали по сторонам, а тело наполнилось ранее неизвестной ему дрожью.

– И откуда взялся это дождь? – недовольно буркнула Эль, вычесывая мокрые волосы, Ильгиз стоял, рассматривая стену.

– Может, ты наденешь что-нибудь? – заметил Ильгиз, намекая на причину своего поведения.

– Прости, – Эль растерялась, поняв, что она практически обнажена, и засмущалась сильнее Ильгиза. В суете она нашла сухую рубаху и, сняв мокрую камизу, покрыла свое тело. – Ты можешь повернуться.

Ильгиз обернулся, появилась неловкая пауза, которую, к счастью для обоих, нарушил раскат грома.

– Отец расспрашивал меня про Сердца, что с ними не так? Ты уверена, что рассказала мне всю правду?

– То есть ты мне не веришь?

– Не то чтобы не верю, но отец, как мне показалось, сильно зол, и если бы Сердце Света смогло бы нам помочь… я думаю, отец был бы рад. Но он не испытывал радости. Скорее… – Ильгиз задумался. – Мне кажется, что отец напуган.

– Брось, Ильгиз, напуган ты. Как всегда: любой пустяк – и ты дрожишь от страха.

– Мне кажется, отец не рад, что я узнал про Сердца, он хотел знать, где спрятано Сердце Света.

 – Ильгиз загрустил, дождь за окном лишь усиливал эмоциональный фон.

– И?

– Я ему не сказал, я сказал, что не видел Сердце. А потом ушел, якобы к реке, за добычей.

– Дождь заканчивается, – Эль отступила от темы разговора, – наверное, тебе пора идти.

Ильгиз, не понимая, почему Эль его выпроваживает, растерявшись, покинул хижину. Мелкий дождь продолжал омывать листву, которая под гнетом прошедшей стихии выглядела растрепанной и склонилась к земле, повсюду бежали ручьи, устремляясь в низину возле леса, трава от натиска была примята, а валуны, которые совсем недавно были полностью покрыты мхом, блестели мокрым оттенком, отражая вырывающееся из-под черных туч солнце.

Со стороны леса приближались двое промокших до нитки рыбаков. Ильгизу они сразу же бросились в глаза, он понял, что он достаточно сух для человека, которого настиг проливной дождь, и плюхнулся в небольшую лужу возле тропы.