Путь израильского наёмника

Хорошее медицинское образование и работа по специальности окончательно решили её судьбу. Они изредка звонили, поддерживая видимость семьи. Я же никого не хотел видеть. Просто толкал свою жизнь с каждым новым днём поближе к концу.

И вот именно в таком настроении меня на работе застал звонок. Тихий голос, после небольшой паузы, спросил:

– А куда я попал?

– А куда вы целились? – схохмил я и в ответ сам засмеялся.

А там, на другом конце, ответили:

– Очень смешно. Вы Влад?

– Да, я.

– Посерьёзнее надо быть.

– Буду, только зачем я вам?

Минутная задержка ответа растянулась в вечность.

– Прошу вас, выйдете из здания стройки, подойдите к белой машине и ждите.

– Я выиграл приз в программе «Розыгрыш»?

– Это не розыгрыш. Для вас это будет лучше, если вы выполните приказ.

– Приказ?

– Да.

Неужели, я дождался? Ноги сами понесли меня к хозяину. С первого на пятый этаж я примчался без одышки.

– Фуат, ко мне приехали. Отпустишь на пол часа?

– Конечно.

Поедая свою питу[9 - Пита – круглый, плоский пресный хлеб, который выпекается как из обойной муки, так и из пшеничной муки высшего сорта.], весь заевшийся хумусом[10 - Хумус – распространённая на Ближнем Востоке пюреобразная холодная закуска из нута (бараньего гороха) с тхиной – кунжутной пастой.], мой хозяин махнул рукой. Потом пробормотал что-то невнятное с полным ртом:

– Твой обед, иди куда хочешь.

Любопытство разрывает меня изнутри и придаёт энергии мчатся на улицу.

Ноги перепрыгивают через одну ступеньку. Вот он улица. Встречай своего еврея! Передо мной дорога, а позади дома машины спешат куда-то одна за другой. Над головой сине небо и жгучее солнце. Вокруг строительный мусор, а слева и справа стоят возле вагончиков припаркованные машины. На заборе, в том месте где была дырка, кто-то нарисовал женщину. Юный Айвазовский сделал ещё надпись: «Под краном не стой». Так получилось, будто это говорило отверстие в заборе. Смотрю на стоящие машины – все пусты. Расстроенный собрался обратно.

– Эх, чёрт. Кто-то пошутил.

Опустил голову, и хотел было идти, но в кармане ожил телефон. Рука потянулась, вернее, бросилась в карман. Приложил трубку к уху.

– А ты подкачался.

Слышу всё тот же женский голос.

– Не верти головой, всё равно не увидишь. Завтра заболей или умри, но чтобы хозяин тебя не ждал. Мы уезжаем.

Гудок оборвал разговор.