Дознание капитана Сташевича

После нескольких секунд хаотичной активности оно сократилось и расширилось ещё дважды, после чего остановилось…

* * *

Вальтер Бравен, хрипло застонав, с трудом очнулся от этого дикого кошмара. Он теперь находился в бараке, лежал на своей лагерной койке. Видимо, верные друзья не оставили его валяться без чувств на холодном дощатом клубном полу и перенесли сюда. Но что за адское цветное кино ему показали? Побывать в теле собственного отца! Даже умереть в нём! Но до чего же яркий, какой совершенно реальный мир окружал его! Как будто всё происходило наяву.

Ну уж нет! Не может быть! Это всё нервы! А если ещё вернее – адская смесь из последствий контузии и последующих травм головы. Вот что это! А ещё Шнитке! Проклятый Шнитке! Чёрный злобный колдун! Это всё из-за него…

Глава первая. Допрос «маркитанта»

Сташевич попытался допросить Гришаню «по горячему». Но тот пребывал в таком шоке, что капитан решил отложить допрос. Он запер потемневшего лицом преступного «маркитанта» в одиночку и отправился обыскивать его дом.

Сделать он это решил от безнадёги, уже толком ни на что не надеясь.

Долго не находилось ничего интересного, пока Андрей не обратил внимание на чёрно-серую грязь на полу. Следы привели к нижней печной створке. Пошуровав среди прогоревшей золы кочергой, капитан вытащил на свет божий круглую перепачканную фигурку. Сташевич протёр находку обрывком газеты и чуть было не издал радостный возглас.

– Ага! Пропавший седьмой слоник из дома Поплавской! Как там у Фенимора Купера в его книжке про индейцев? Зверь с двумя хвостами! Чудо великого Мониту! Только вот беда – у этого волшебного зверя один хвост, и хобот у него обломан, – с сожалением отметил Андрей.

Вспомнился недавний разговор с пожилой учительницей из Иркутска, Станиславой Казимировной. Как там она рассказывала об этой, созданной её внучатым племянником Войцехом искусной игрушке?

«Слоников этих Войцех из цельного моржового клыка вырезал. Они только с виду фарфоровые! Кстати, один из этих зверьков с секретом.

Если чуть прижать хобот и повернуть его влево, туловище этого элефанта разделится на две ровные половинки. Такой вот забавный тайничок»…

Андрей прижал обломок хобота и повернул его влево. И действительно, округлое увесистое тельце в его руках распалось, словно грецкий орех, на две одинаковые скорлупки. В не запачканных золой костяных желтоватых внутренностях слона не оказалось ровным счётом ничего.