Записки каскадера. Остросюжетная ироническая повесть

И мы снимаем эротическую сцену с ним и с Роми Шнайдер. Понятно?

– Понятно. А можно мне поучаствовать в эротической сцене?

– С кем?!

– С Роми Шнайдер.

– Ты что – придурок?! – сердится режиссер. – Твое дело – собачье. Прыгнул и сразу отполз. Понял?!

– Понял, – обижаюсь я. – Сколько дублей будем снимать?

– Желательно один, – супит брови режиссер. – Так что ты уж, Вадим, постарайся. Не промахнись мимо стога.

– Не промахнусь! – еще сильнее обижаюсь я. – Я собой точно в яблочко выстрелю!

Распахивается дверь вертолетного салона.

Смотрю вниз, мама-миа, стог сена малюсенький, не больше спичечного коробка.

– Ёкарный бабай! – ору я со страху во всю глотку и прыгаю вниз.

Рядом пролетают лебеди, грачи. Чуть ниже воробьи, ласточки, шмели. Ветер в ушах воет, глаза слезятся. Долго летел. Почти вечность!

А потом хрясь! И попал я не только на стог сена. Я попал тютелька в тютельку в саму Роми Шнайдер! Прямо на нее рухнул с высоты лебединого полета!

Она сначала заорала, как бешеная.

А потом враз стихла. И глаза закатила. Я с нее сполз и вниз со стога сена ловко соскочил. А вместо меня на стог сена полез Ален Делон. Я еще отдышаться не успел, ко мне подбегает режиссер. И орет, как резаный:

– Ты что, придурок, натворил?!

– В смысле?

– Ты зачем прямо на актрису сиганул?! Она так перепугалась, что у нее шок. Она теперь заикается, понимаешь?! Как теперь я буду снимать эротическую сцену?!

– Так можно же эту сцену на завтра перенести.

– Чего перенести?! Чего ты, придурок, в режиссуре понимаешь?! Ты мне актрису попортил! Она теперь, может быть, до конца своей жизни заикаться будет! А у нее страховка оформлена!

– Какая еще страховка?

– Такая, придурок, от несчастного случая! На один миллион франков! Ты не только меня разорил! Ты весь французский кинематограф разорил, придурок! Вали отсюда!

7-я серия

И тут ко мне подходит Ален Делон.

Улыбается и говорит:

– Да не переживай ты так, старик! Все нормулек. Заменят мне актрису.

Я, честно говоря, не хотел с ней в эротической сцене сниматься. Мне больше блондинки нравятся.

– А мне-то теперь что делать? Мне же за трюк не заплатят!

– Наплюй! Вот возьми тысячу франков за помощь мне и не заморачивайся. В Париже этих киностудий, как блох на шелудивом кобеле. Сейчас я тебе адресок дам. Режиссеру скажешь, мол, ты от меня. Он как раз кинокомедию снимает. С Пьером Ришаром. Знаешь такого?

– Нет.

– Ну, заодно и познакомишься.