Человек с двойным дном

Оставалось преодолеть ещё около сорока километров до нужного им села.

Дорога была пустынной. Ни одной машины навстречу. И вокруг – ни жилья, ни огонька. Вскоре пропала и мобильная связь, телефоны «врачей» не могли обнаружить ни одной станции поблизости. Глушь.

– Останови! – приказал Якут водителю.

Машины реанимации скатились на обочину.

– Топор есть? – спросил Якут.

– Есть, – кивнул водитель.

– Руби столб!

Телеграфные столбы тянулись вдоль дороги. Деревянные, полусгнившие, они, похоже, доживали свои последние годы.

***

Оставив задержанного под присмотром своего коллеги, капитан отправился в соседнюю комнату – звонить в район. Телефон молчал. Поскольку и прежде связь подолгу, бывало, отсутствовала, капитан не придал этому значения. Может, оно и к лучшему. А то не ровен час, поступит команда доставить задержанного. Уж лучше здесь пускай сидит, как собака на цепи.

Капитан взял папку с бумагами. Вернулся в комнату, где задержанный встретил его полным тревоги взглядом, и сел на стуле так, что их с «Геннадием» теперь разделяли метра два, не более.

– Протокол оформим, – сообщил капитан. – Задержание, в смысле.

И действительно, выдернул из папки нужную бумагу. «Геннадий», наблюдая за манипуляциями собеседника, мрачнел всё больше.

– Фамилия! – требовательно произнёс капитан. – Имя! Отчество!

И уже был готов записывать.

– Вяткин Геннадий Сергеевич! – мгновенно отреагировал «Геннадий».

Капитан ничего записывать не стал, посмотрел на собеседника недоверчиво. Под этим его взглядом «Геннадию» было очень неуютно.

– Ответ не принимается, – сказал капитан.

– Почему? – несмело спросил «Геннадий», как спрашивает своего учителя вдруг оробевший школьник.

– Потому, – ответил капитан. – Фамилию настоящую сам назовёшь или мне её тебе напомнить?

«Геннадий» запаниковал.

– Чего-то я не понимаю, – признался он заискивающе.

Тогда капитан выдернул из папки следующий листочек, поднёс к глазам, прочитал вслух с расстановкой:

– Корнышев … Святослав Геннадьевич … Одна тысяча … девятьсот … шестьдесят … седьмого … года … рождения …

Капитан поднял глаза на собеседника. Далее «Геннадию» отпираться было бессмысленно. Всё написано на его лице.

– Тебе такая фамилия известна – Корнышев? – спросил капитан.

«Геннадий» никак не мог решиться.