Человек с двойным дном

Один из спецназовцев распахнул створки дверей стоявшего здесь же фургона-рефрижератора, вытянул наружу носилки ровно настолько, чтобы можно было без проблем рассмотреть лицо лежавшего на носилках покойника.

Захаров подошёл, всмотрелся. Потом повернулся к безмолвным свидетелям этой сцены. Взгляд его был тяжёл. Захаров словно спрашивал, как такое могли допустить.

– Он уже был мёртв, когда мы появились, – доложил Потапов.

– Причина смерти?

– Очень похоже на несовместимость крови. Корнышеву делали переливание.

Где-то он сильно пострадал. У него ожоги. И кисть руки отрублена. В больницу его привезли уже без сознания.

– Кто привёз?

– Те, кого мы постреляли. Их было четверо. Вооружены пистолетами. Две гранаты изъяли.

Генерал на глазах темнел лицом.

– Кто они? Откуда? – спросил отрывисто.

– Не местные, – ответил Потапов. – Из Москвы. Их документы мы вывезли. Проверим.

– Как же вы ни одного живым не взяли? – неприятно удивился Захаров.

Он обращался к командиру спецназовцев.

Парень в камуфляже не смутился под генеральским взглядом.

– Приказа не было, – сообщил он.

А так какие, мол, проблемы? Взяли бы, как миленьких. И получалось, что это Потапов с Нырковым дали маху.

– Мы не ожидали встретить там сопротивление, – сказал Потапов, багровея. – Мы прилетели за Корнышевым. А по нам стрельба в упор, люди со стволами … Слишком неожиданно!

– За Корнышевым вы летели, – повторил вслед за собеседником генерал. – Вызволять. Ну, и как? Получилось?

Потапов не нашёлся, что ответить.

А что тут скажешь? Вот он, Корнышев. В рефрижераторе лежит. Мёртвый. Плохо всё сложилось. Провал операции.

***

В полупустом салоне бизнес-класса летели престранные пассажиры: трое неулыбчивых крепышей и с ними некто с холщовым мешком на голове.

– Даже страшно, – призналась одна стюардесса другой. – Проходишь через салон, такими взглядами провожают …

Крепыши не препятствовали перемещениям стюардесс, но всякий раз, когда те появлялись в салоне, провожали девушек взглядами без игривости.

Одна из стюардесс, пожалев несчастного, в какой-то момент сказала крепышам:

– Может, сока ему дать? Или минералки, – показала на человека с мешком на голове.

– Не надо, – ответили ей неприветливо.

И после этого стюардессы ни во что не вмешивались.

В Шереметьево после приземления из самолета никого не выпускали, пока салон бизнес-класса не покинул странный квартет.