Украсть у президента

– «Мы» – это кто? – уточнил Глеб и взгляд его стал отстранённо–недоверчивым. – Ваша клиника?

– Я ведь не в клинике, Глеб. Уже давно, – сказал Горецкий. – Я хотя и по специальности вроде бы, но уже совсем по другому ведомству. Которое всякими такими странными историями и занимается.

Тут многоопытный Корнышев продемонстрировал Глебу своё служебное удостоверение. Глеб вчитался в текст, посмотрел на своих гостей озадаченно, и стало ясно, что эффект достигнут.

– Наш пациент напрочь отказывается вспоминать свою прежнюю жизнь, – ковал горячее железо Горецкий.

 – Я действительно не знаю, вследствие чего это всё. Но есть подозрение, что психотропы.

– Я по этой тематике не работал, – сообщил Глеб.

– Я в курсе, – кивнул Горецкий. – Я к тебе за другим пришёл. Ты ведь у нас дока по восстановительной терапии. Ты мозги вправляешь, как хороший хирург вправляет кости. У тебя есть опыт и есть наглядные результаты твоей работы. Вон она, Женька, – Горецкий показал рукой вслед ушедшей Жене.

 – Ты из неё человека сделал. Получается у тебя. Есть надежда. Я знаю, что ты мне скажешь. Что надо знать первопричину. Что разбившийся мотоциклист с ушибом головного мозга и мамаша, свихнувшаяся после смерти своего любимого чада – это совершенно разные случаи и курс лечения у каждого будет свой. Но вот привозят к тебе пациента, а у него ни истории болезни нет, ничего – ну на улице его подобрали, допустим. И что – его не будут лечить? Ведь всё равно лечим, Глеб. Всё равно вытаскиваем. Ищем подходы, ищем способы.

Глеб смотрел задумчиво.

– Раз ты меня к своему пациенту не повёз, значит, показывать мне его не собираешься, – высказал он предположение.

Горецкий развел руками – ты же и сам, мол, всё понимаешь, такие условия работы, все под начальством ходим и не нам свои порядки устанавливать.

– Тогда хотя бы на словах, – сказал Глеб. – Симуляция исключена?

– Практически стопроцентно, – кивнул Горецкий.

– Основная версия – психотропы?

– Да.

– Клинические проявления?

– Он абсолютно адекватен, Глеб. Если только не знать, что он не тот человек, за которого себя выдает.

– Он полностью идентифицирует себя с этим вымышленным?

– Да.

– Этот вымышленный хоть каким-то боком соприкасается с ним прежним?

– Нет. Две разные биографии.

– И никаких пересечений?

– Нет.

– Ты хочешь вернуть его в его прежнюю жизнь?

– Да.

– А он сам этого хочет?

– Да! – твёрдо сказал Горецкий.