Украсть у президента

 – Ты теперь как-то относишься к моим словам … несерьёзно … Это не пьяный бред, Лен. Ты пойми. Я действительно всерьёз. И я о тебе думал всё это время. Узнавал. Справки наводил. Я жил этим. Понимаешь? Ты в школе работаешь! Знаю даже в какой. На проспекте Мира. Про мальчишек твоих знаю. Старший уже ходит в школу. В ту самую, где ты работаешь. Паша твой работает в издательстве на Хорошевском шоссе. И на его фамилию зарегистрированы сразу два мобильных телефона: «билайновский» и МТС. А у тебя один телефон – МТС. У вас машина.

«Рено». Записана на тебя …

–Ты всё это узнавал? – недоверчиво поинтересовалась Лена.

И снова он обнаружил, что совершил непростительную глупость.

– Ты же убиваешь мою надежду, – пробормотал он растерянно.

– А какие надежды у тебя были, Слава? – Лена не сердилась, но ей было неуютно рядом с ним. – Ты приезжаешь среди ночи, говоришь какой-то вздор … Да! Не перебивай, пожалуйста! Это действительно вздор, Слава – то, что ты говоришь. Чего ты добиваешься? Какие такие надежды есть у тебя? Ладно, я согласна, – с подозрительной кротостью вдруг объявила она.

 – Поехали. Где твоя машина? Я бросаю здесь всё. К чёрту мужа. К чёрту детей. И квартира мне моя четырехкомнатная не нравится! И родственников я уже терпеть не могу! Меняю жизнь, Слава! С тобой хоть на край света!

– Зачем ты говоришь эти глупости! – морщился Корнышев.

– Это не мои глупости, Слава.

Подразумевалось, что это его глупости, что он несёт вздор, но тут Лена обнаружила, что сгоряча наговорила лишнего, устыдилась собственной жестокости, раскаялась и сказала извиняющимся тоном:

– Славочка! Я не хотела тебя обидеть! Прости меня! Только пойми, что у всех нас уже есть прошлое.

Ты не можешь вот так просто прийти и забрать меня в свою жизнь. Это не получается, тут легко и просто всё не сложится, тут лёгкости не будет. У меня за плечами груз прожитых лет и это очень серьёзно, Славочка.

Она осторожно прикоснулась к Корнышеву. Он стоял бесчувственным истуканом.

– Ты не сердишься на меня? – спросила Лена и заглянула ему в глаза.

– Зря я, наверное, сегодня выпил, – пробормотал Корнышев. – Прости!

Он развернулся и быстро пошёл прочь, унося с собой пережитое им потрясение. Он жил мечтой и эта мечта была то единственное, что примиряло его с окружающим миром. Только что его мечта умерла. Скоропостижно скончалась.

– Слава! – обеспокоено сказала ему вслед Лена.

Это она убила его мечту. Он не обернулся на голос убийцы.