Турецкий транзит

– Ты их не помнишь тоже? – спросил он.

– Нет. То есть не то что не помню. Я их видела. Одного из них.

– Да?! – заинтересовался собеседник. – И где же?

– В Анталье.

– Давно?

– Вчера.

– И что?! – у него даже глаза округлились.

– Мне показалось, что он выслеживал меня.

– А ты?

– Я убежала.

– Ещё бы! – пробормотал он.

– Ты что-то знаешь?

– А ты? – вдруг спросил он и посмотрел ей в глаза.

Она покачала головой.

– Не может быть, чтобы ты этого не помнила! – сказал он.

Он принуждал её вспомнить.

Он говорил ей открытым текстом, что она должна знать, из-за чего вчера был весь сыр-бор. Но она не знала. Обращалась к своей памяти, но не видела там ничего. Сплошная темнота. Словно она озиралась в абсолютно тёмной комнате, пытаясь разглядеть хоть что-то, да что же можно увидеть в темноте.

– Вспомни! Ты провела с ними несколько месяцев!

Он всё так же заглядывал ей в глаза. Она снова покачала головой.

– Они ищут тебя. Почему?

– Почему? – отозвалась она эхом.

– Не может быть, чтобы ты всё забыла.

– Я не помню.

Он сомневался. Он не верил ей до конца.

– Что я должна знать? Почему они ищут меня?

– Я думаю, ты их обманула.

– Да?! – изумилась она.

– Ты мне этого не говорила, – честно предупредил собеседник. – Когда приехала в Стамбул месяц назад. Но ты сказала, что рассталась с ними. И я ещё тогда подумал, что ты не просто рассталась, а сбежала.

– Почему сбежала?

– Тебе лучше знать, – сказал он осторожно. – Может, это было связано с деньгами?

Что-то было за его словами.

Будто он пытался вызвать её на откровенность.

– Я не понимаю, – призналась она.

Сбежала. Деньги.

– Ты хочешь сказать, что я сбежала с их деньгами? – осенило её вдруг.

Он смотрел на неё, не мигая. Ждал, пока она продерётся сквозь тьму в своё прошлое.

– Какая чушь! – произнесла она, поражаясь тому, в каких неприглядных делах её могли подозревать.

Но он не отступал. Заставлял вспомнить.

– Ты забрала их деньги, – сказал он. – Деньги, которые они считали своими.

– Какие деньги? – все ещё ничего не понимала она.

– Большие.

– Много, да? – уточнила растерянно.

– Семьсот тонн баксов.

– Чего? – окончательно растерялась она.

– Семьсот тысяч долларов. Вы бомбанули какого-то татарина…

– Вы – это кто?

– Ты и эти двое.

– Я их вообще не знаю! – запротестовала она.

– Вы бомбанули татарина…

– Какого ещё татарина? – она поморщилась, как от зубной боли.

Он пожал плечами:

– Татарин.