Я – телохранитель. Забыть убийство

И Михаил сосредоточен и хмур. Китайгородцев заподозрил, что мысль пригласить его за общий стол пришла в голову Лисицыну, а остальные двое членов семьи не то что были не в восторге, а противились до последнего, и даже сейчас они против, судя по выражениям лиц. Китайгородцев осторожно опустился на приставленный охранником стул. Второй охранник Лисицына, выполнявший роль официанта, тотчас поставил перед ним на стол чистую тарелку и налил в бокал вина.

– Ты присоединяйся, – сказал Китайгородцеву Лисицын.

Сам он тут же выпил рюмку водки – по-гусарски лихо запрокинув голову.

Наталья Андреевна с прямой, как доска, спиной сидела молча, разглядывая свою полупустую тарелку. Напряжение было разлито в воздухе. Китайгородцев с удовольствием ретировался бы куда подальше, но это невозможно – предлога не было.

– Конечно, всем этим надо заниматься, – сказал Лисицын, явно продолжая ранее начатый разговор.

Ему не ответили. Он демонстративно этого не заметил.

– Даже такие элементарные вещи, как наружное освещение, – продолжал Лисицын. – Ни одного фонаря вокруг! Чёрт ногу сломит!

Он обвел присутствующих взглядом.

– Я закажу проект, – объявил он. – Какой-нибудь фирме, которая занимается установкой фонарей. Разработают проект, всё привезут, сами установят. Будет светло. Спокойнее мне как-то.

– А что тут освещать? – сухо осведомилась Наталья Андреевна.

– Дом! – с готовностью отозвался Лисицын и посмотрел на мать уверенным взглядом человека, готового идти до конца.

– Нам ни к чему эта иллюминация, – с прежней сухостью сообщила Наталья Андреевна.

– Очень даже к чему! При ярком свете перестанут вокруг дома тут бродить всякие… По ночам… Людей пугать…

Лисицын смотрел на мать с вызовом. Она никак не отреагировала. Лисицын ещё выпил водки. Он, кажется, накачивался спиртным, пытаясь придать себе решимости.

– Здесь вчера видели человека, – сказал Лисицын.

Он требовательно посмотрел на своих домочадцев. Оба промолчали, будто и не было вопроса.

– Здесь – вчера – был – человек, – раздельно произнес Лисицын, на каждом новом слове повышая голос. – Кто?!

– О чём ты говоришь? – непонимающе посмотрела на сына Наталья Андреевна.

– Вчера к дому пришел человек, – сказал Лисицын. – Это было поздним вечером, почти что ночью.