Время Змея

Звучало оно удивительно: «Господь обещает: Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою». Превосходно оформленная голограмма: разлетающиеся ангелочки, райские пейзажи и все такое возвышенное. Слова тоже вдохновляли. Помощь свыше сейчас будет не лишней.

Хотя, если хорошо подумать, он и сам способен со всем этим разобраться. Без всякой потусторонней помощи!

17

Вторник 22 июля, 15:08

Последняя мысль оказалась очень самонадеянной.

Уже через мгновение возникла голограмма Игнатьева.

Майор выглядел встревоженным, и по голосу руководителя Сергей безошибочно определил, что офицер нервничает:

– Рассказов, я же тебе говорил не лезть в это дело! – вместо приветствия заявил Игнатьев.

Сергей удивленно посмотрел на начальника. Он догадывался, что произошло. Единственное, что удивляло и пугало, быстрота, с какой разворачивались события. Те, с кем решил тягаться Рассказов, вновь показали, насколько серьезными людьми они являлись. Осознавая это, он не нашел ничего лучшего, как честно заявить:

– Я исполнял свой долг!

Игнатьев, с трудом сдерживаясь, медленно и по слогам произнес:

– Сейчас тебе объяснят про твой долг, – и перешел на официальный, а оттого еще более пугающий тон: – Младший лейтенант Рассказов, вас вызывает к себе начальник ОВД! Немедленно!

Внутри похолодело.

Он допускал, что возможна реакция на его несанкционированное расследование. Но вызова к столь высокому начальнику не предполагал. Рассказов с замирающим сердцем пытался предугадать вероятные последствия. Не для дружественной же беседы приглашает полковник в свой кабинет зеленого сотрудника. Выходит дело «самоубийцы-шизофреника» Иванова потревожило весьма серьезных людей.

Медленной волной накатил страх. Но не тон руководителя и не неожиданный вызов вышестоящего начальника заставили молодого полицейского испытать такие переживания. Какой-то необъяснимый ужас охватил его, вонзившись в него сотнями холодных иголок. И он имел явно иное, нечеловеческое происхождение.

– Мой тебе совет, Рассказов. – понизив голос, сказал Игнатьев. – Не вздумай спорить с Геннадием Степановичем. И надень форму!

Сергей кивнул и сглотнул подкатывающий к горлу ком. Такого бурного начала карьеры он не ожидал.

Вспомнилось сообщение от Виталия. «Господь обещает: Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око Мое над тобою». Слабый лучик надежды пролился в его душу.