Блуждающая звезда

Когда она последний раз смотрелась в зеркало? Сегодня? Месяц назад?

Сердце заныло от тоски и боли. Анна вспомнила отливающую нездоровой синевой кожу дочери, малышки Флоры, живущей на далёком Марсе, в подземной клинике, где её не могут вылечить, но позволяют выжить вдали от губительных для её организма солнечных лучей и теплового излучения звезды. Анна подавила вырывающиеся из груди рыдания. Как давно она не видела дочь. Два долгих года. Содержание в клинике требовало денег, много денег.

Женщина непроизвольно потянулась правой рукой к груди, где на серебряной цепочке висел медальон с голографической записью из семейной хроники.

На записи они втроём: муж, ещё не ушедший в свой последний рейс; дочь, ещё не поражённая последней стадией врождённой "звёздной" болезни кожи; она сама, ещё не загнанная необходимостью жить в Поясе Астероидов на старой раздолбанной посудине.

Анна заметила, что Крис наблюдает за ней, за движением её руки, за выражением её лица. Уголки его рта чуть заметно дрогнули.

Конечно напарник знал о Флоре, хотя они никогда об этом не говорили. Также как и она знала о причине нахождения Криса на Старателе, хотя и об этом они не разговаривали. Они вообще мало общались, не испытывая к этому никакого желания. Свою боль и переживания каждый хранил в себе. Да и мог ли человек, ставший причиной гибели десятков людей понять душевную боль матери, заботящейся о неизлечимо больном ребёнке?

Анна отдёрнула руку. Выдохнула в микрофон:

– Двадцать минут до выхода на орбиту.

– Крот-6, держите канал связи открытым. Мы потеряли связь с другими Старателями на орбите. Возможно, электромагнитные возмущения.

– Принято.

Кабина погрузилась в тишину, лишь приглушённое гудение двигателей проникало сквозь открытый шлюзовой люк и с лёгким шипением струился в системе вентиляции очищенный воздух.

– Какие нахрен возмущения?! – не выдержала Анна, не наблюдая на экране никаких изменений. Крис согласно кивнул: даже их допотопные системы слежения бурно реагируют на ЭМВ, окрашивая экран разноцветными пятнами, в зависимости от интенсивности полей.

Сейчас экран был девственно чёрным. Лишь лёгкие вихри от соседних кораблей, мчащихся полным ходом к обещанной прогнозом геологоразведчиков поживе.

– Я буду у себя, – напарник отщелкнул ремни безопасности и, быстро перебирая руками, протиснулся в круглый проход, покидая кабину управления.

Анну обдал запах потного разогретого тела.