Дьявол и Город Крови: Там избы ждут на курьих ножках

И помнил человек только то, что есть такие Благодетели, с которым даже самая хреновая жизнь – медовый пряник.

В общем, Наставница, Утешительница, Мерило сердечных помыслов…

Лица Идеальной Женщины, скрытого туманной далью, в той части государства, где жила героиня повествования, никто из местных не видел, а спросить, святую правду вещают или пиарят Государыню, было не у кого. Нечасто заезживали в такую даль столичные гости, могущие похвастать знакомством со столь Совершенной Особой, но даже тут, на другом конце государства, никто в истине радиоволн не сомневался, потому как все говорило в пользу ее существования.

Образ жизни Святая Женщина вела активный, умудрялась отвечать вопрошающим на все их мысленные вопросы еще до того, как прозвучал сам вопрос. И никто не решался оспорить радиоистину, ибо: только еретик подвержен сомнениям, когда все говорят «белое», а он, бац, и зрит «черное», (да еще вслух!), и мнится ему, что общество состоит из дураков, ковыряющих сопли в носу.

«Только я один умный» – это неуважение к обществу, звездная болезнь.

Какой же умный, если думаешь, что Благодетели перед тобой начнут держать ответ, да еще на провокационные и неудобные вопросы?

Спустись с небес!

Мудрость Интернационального Спасителя гласит: «Общество разве враг себе? Оторви правую руку, выколи правый глаз, если члены твои отрывают тебя от общества, а если не против общества, общество от греха очистит.

А что такое общество? Истинно, Благодетель – голова его. А коли голову похулил, остальное разве осталось незапятнанным?»

Вот и выходит – сам дурак!

Еретик – клеймо на всю жизнь, а крамола – вещь заразная. Вечно они совали свои любопытные носы, куда их не просят, подрывая веру в бога, царя и отечество. И некоторые еретики так доставали народ, что Благодетелям приходилось изолировать еретиков от общества, чтобы не смущали шепелявыми ртами неискушенные умы, вещая о какой-то своей, непатриотичной и вредной для государства истине, порочащей честь и достоинство Благодетелей, на которых прочно стояло государство.

Наверное, на принудительное лечение…

Но чаще еретики тихо самоустранялись, признаваясь в посмертных записках, написанных кровью и корявым почерком: «Меня замучила Совесть!». И посмертная их изобретательность не поддавалась никакому объяснению, поражая глубиной нанесенного себе вреда.