Дьявол и Город Крови: Там избы ждут на курьих ножках

И вот, когда покупатели использовали товар по назначению, оказалось, что порошок тот стал сильно действующим средством, и многие целыми семьями лечились от всех хворей прямо на глазах изумленных свидетелей. И так обрадовались, что решили пренепременно сказать ему спасибо, ибо среди покупателей были Большие Люди, которые вознамерились вознаградить его обеспеченной жизнью до конца его дней.

Ни сам человек, ни слушатели Маньке не поверили. Наоборот, ее обвинили, будто придумала историю, чтобы втереться в доверие, и вечером ей снова пришлось разводить свой костер, чтобы согреться и приготовить еду.

А когда укладывались спать, вдруг нагрянули Чрезвычайные Стражи.

Они-то и объяснили человеку, что товар его имел некоторые особенности, и многие жители селения, в котором он продал товар, приглашают его на похороны своих родственников. И светило ему полное казенное обеспечение до конца его жизни, если не сможет доказать, что убийство людей было не предумышленным.

Товар конфисковали, человека забрали.

Сразу же после отъезда Стражей ее обвинили во всех грехах и оставили одну посреди леса, чтобы еще кому-нибудь чего-нибудь не ляпнула. И благо, что в обозе не нашлось Святого Отца, чтобы через утопление или сжигание в костре инициировать у нее поиск экстрасенсорных способностей, которых она отродясь не имела.

С того времени каждое повествование Манька слушала с осторожностью: не досаждала людям, сначала пытаясь определить: повествование на белое, или на черное – и с удивлением понимала, что язык у Дьявола обоюдоострый: хоть как поверни, а нипочем не угадаешь, то ли он шутит, то ли угрожает.

Со встречи ее с Дьяволом прошло полтора месяца – наступила середина лета. Манька успела исколесить полстраны и решила вернуться, чтобы встретится с господином Упыреевым и уточнить координаты проживания Посредницы.

Было сухо, но изматывающая дорога оказалась местами разбитая и размытая, будто после бомбежки, железные кони то и дело отбивали копыта на ухабах, застревали в колдобинах, так что вытаскивать их приходилось всем миром. Еда закончилась, денег не осталось. Основную часть сбережений пришлось отдать караванщику. Остальные сбережения, завернутые в узелок и подвешенные на шею, кто-то умыкнул, перерезав шнурок, пока она спала.