Ангел и демон

Гномы разрабатывают недра, орки – скотоводы, гоблины – строители, могут взглядом поднять многотонную плиту. Раса первопроходцев умеет выживать в таких условиях, в которых другие и минуты не протянут. Кстати, четверть моей крови от них. Оборотни… ты у оборотней спроси, как они внедряют новый ген!

– Спят с животными? – ехидно поинтересовалась Анна.

– Спят с женой, а на работе работают, – ничуть не смутился гуманоид. —Они внедряют новые формы в уже устоявшиеся биологические виды или расширяют кормовую базу, – Крас задумчиво повертел салфетку в руках.

 – В сущности, такие планеты, где преступники доживают свой век, наверное, есть в каждой империи. Но обычно преступников стерилизуют и лишают долголетия. Вас долголетия лишили, а стерилизовать, очевидно, забыли.

– Что, вырезают детородные органы?

– Им достаточно снять с человека браслет защиты и воззвать к силе, запретив ей воспроизводить саму себя, – терпеливо объяснил Крас, снова прислушиваясь к себе и потирая виски: – Пожалуй, всю вашу планету можно стерилизовать.

– Ты тоже телепат? – Анна невольно покраснела.

– Скорее, эмпат. Телепатия – тяжелое бремя. Представь, что ты вдруг начала слышать, как один рисует в уме картины, второй изобретает, третий думает о том, что ему надо что-то купить. Ужас! Поэтому диноторки предпочитают жить отдельно, а аморфы и макали встречаются с нами лишь по необходимости, – он с интересом взглянул на нее. – Я пришел к выводу, что вы тоже в какой-то мере эмпаты, поэтому у вас так много преступлений, связанных с насилием, и часто преступники оказываются в выигрышном положении.

При сильных эманациях чувственных и мысленных посылов возникают возмущения электромагнитных полей, – объяснил он, очерчивая концом чайной ложки на столе круг. – Они расходятся, как круги на воде. Вы чувствуете их, и у вас начинается ответная реакция. Не осознавая, как хищники, нападаете на слабую особь, и пресмыкаетесь перед хищником как жертвы.

– Но ты тоже уверен, если избавитесь от полукровок, жизнь станет идеальной, тогда чем вы от нас отличаетесь?

– Мы не убиваем их, мы их опасаемся.

Они – другой вид жизни. И у вас, в ваших легендах о богах, громовержцах и полубогах, чревато враждовать с ними. Они хранили вас, давали то, в чем вы нуждались, помогали, наказывали злодеев… Если вы забыли о них, это не значит, что их не стало, просто вы перестали быть их народом.

– И вы ни с кем не воюете? – с удивлением взглянула на него Анна.

– Мы? Нет! – лицо Краса исказилось от омерзения.