Баловень судьбы

И вот теперь я со страхом ждал, когда мне скажут, что в моих услугах больше не нуждаются.

Я вернулся в комнату и стал одеваться. Наталья продолжала тихо похрапывать. Она любила ложиться рано и вставать поздно. Причем, иногда она вставала только для того, чтобы снова лечь. Пожалуй, только это сходство нас и объединяло, так как я тоже был, по крайней мере, в душе лежебока. Во всем остальном мы отличались друг от друга не меньше, чем животные разных видов. Да по большому счету мы и ими и были.

Я не стал нарушать ее сладкий сон и вышел за дверь.

Я не выписываю газет, а потому не часто лазаю в свой почтовый ящик. Но сегодня я решил поглядеть, есть ли там что-нибудь интересное, так как не смотрел в его чрево не меньше двух недель.

На дне почтового ящика в кипе рекламных буклетов я обнаружил конверт. Я достал письмо. На нем крупными буквами была выведена моя фамилия. Я посмотрел на обратный адрес и удивился: отправителем выступала юридическая фирма, «Ляндрес и партнеры».

Я никогда и ничего не слышал о Ляндресе и его партнерах.

Что им могло понадобиться от меня? Но вскрывать письмо было некогда, так как я уже сильно опаздывал. А повода уволить меня по причине нарушения производственной дисциплины я не хотел давать. Недавно с помощью такого нехитрого трюка был выставлен за дверь мой коллега. Хозяин избавлялся от лишних людей, как терпящие кораблекрушение от балласта. А быть балластом мне никогда не нравилось.

Дождь продолжал лить, и я помчался к остановке. Терпеть не могу носить над собой зонт, а потому приходиться мокнуть.

Ну, уж такой я человек, если чего-то не по нутру делать, то меня не в состоянии заставить так поступать даже самая страшная угроза.

Я успел минуту в минуту. Но едва я вошел в зал, то почувствовал, что это мне не помогло. Обычно там тренировалось не меньше десятка человек, сегодня же он был абсолютно пустой. Если не считать хозяина клуба.

Взгляд, который он на меня бросил, не сулил мне ничего хорошего.

– Пойдем, – сказал он вместо приветствия, – надо поговорить.

Моего хозяина или, как я его называю, босса, зовут Василий Никитин. Мы пару лет служили в одном батальоне. Нельзя сказать, что были большими друзьями, но вместе много чего пережили, в том числе и потери товарищей по оружию. А это, хоть как-то, но сближает.

Мы прошли в его кабинет. Обычно он любил принимать посетителей, сидя в очень мягком черном кожаном кресле. Но сейчас он по-свойски сел на стол. Я занял место рядом на стуле.