Прощай, Коста-Рика!

С одной стороны ничего я так не желал, как освободиться от этой опасной девицы. Но когда она сама предложила высадить ее за углом, я вдруг взбеленился, одна только эта мысль послужила искрой для розжига во мне огня ярости. Так что же я хочу на самом деле?

– Нам надо успокоиться, – сказал я. – Иначе это для нас плохо кончится. Нет возражений?

Илона пожала плечами. Что означал этот жест, я не совсем понял. Но буду считать, что возражений не последовало.

– Кстати, – проговорил я, – а джип вроде бы исчез.

Мы оба стали смотреть в зеркало заднего вида и по сторонам.

Джипа действительно нигде не было видно. И вообще, не похоже, что за нами установлена слежка. Значит, можно ехать на дачу.

На всякий случай я свернул с проспекта на небольшую улочку, проехал ее и вновь вернулся на трассу. Моя уверенность, что нас никто не преследует, многократно возросла. Это внесло в мою душу некоторое успокоение, проблеск надежды, что все кончится хорошо, словно солнце, снова засиял передо мной.

– Нам следует сохранять спокойствие при любых обстоятельствах, – сказал я, бросив взгляд на молодую женщину.

Она смотрела вперед и даже не повернула в мою сторону голову.

– Я согласна, это более чем необходимо. Но вы можете высадить меня в любой момент.

– Это очень благородно с вашей стороны, что вы дали мне на это согласие. Не исключаю, что однажды им воспользуюсь. Но сейчас речь идет о другом, нам нужно спастись. Мне теперь тоже угрожает опасность. И нам не надо друг друга нервировать, как два надоевших до чертиков супруга.

– Боюсь, это будет трудно сделать. – Только после этих слов она посмотрела на меня. – Но лично я постараюсь.

– Я тоже приложу к этому все усилия. А ведь о вас я ничего не знаю, кроме того, что вы бухгалтер и вас хотят убить.

– А чтобы вы хотели узнать?

– Судя по всем приметам, вы не замужем?

– Нет, и никогда не была.

– Почему? У такой красивой женщины должно быть куча претендентов.

– Претенденты были, но они так и остались претендентами.

Я очень разборчивая. Мне нужен надежный, сильный смелый и честный мужчина. А, согласитесь, таких сейчас почти нет.

– Действительно, последний такой экземпляр умер лет тридцать назад. Но ведь так можно остаться старой девой.

– Не стоит беспокоиться за меня в этом плане, я что-нибудь придумаю. Если останусь живой.

Весьма существенное уточнение, подумал я.

– А вы я вижу низкого мнения о мужчинах.

– Я всего лишь стараюсь быть объективной, не более того.