Прощай, Коста-Рика!

– А разве я напряженна?

Этот вопрос меня удивил.

– Мне так показалось.

Она откинулась на спинку стула и положила ногу на ногу. Но я ей не поверил, это была уже игра в расслабленность. У меня уже не первый раз возникло смутное подозрение, что меня водят за нос. Но зачем? Кому понадобилось разыгрывать эту партию? Ведь я такая мелкая сошка. Нет, этого я никак не мог понять.

Меня продолжал занимать один вопрос, на который я пока не получил ответа.

– Неужели вам действительно не к кому обратиться за помощью? – спросил я.

– Я должна подумать, – наморщила она лоб – в этом вопросе нельзя совершить ошибку. Ужасно, но я никому до конца не доверяю. Все могут быть втянуты в это дело.

– Не верите и мне.

– Вы случайный человек, поэтому я пока вам доверяю.

– Интересною, почему пока. А потом?

– Вы все это время находились рядом со мной.

– И что же из этого?

– Неужели не понимаете?

– Пока нет.

– Вас могут купить. Они могут предложить такую сумму, что устоять почти никто не сможет.

Да, в логике ей не откажешь. Я бы на ее месте тоже так рассуждал.

– Выходит, как только мы расстанемся, я выйду у вас из доверия?

– Да. А что мне делать? Скажите. – В ее голосе даже послышалась мольба.

– Боюсь, вы правы. В этом деле все решают деньги. Деньги все, а человеческая жизнь ничего. Такой вот расклад.

Нам принесли шашлыки, но, несмотря на весьма неприятный разговор, он нисколько не испортил нам аппетит.

Илона посмотрела на часы.

– У нас на работе только начинается обед.

– Позвонить еще не поздно.

– Зачем, я туда все равно не вернусь. Только если как груз «двести».

– Откуда вы знаете про груз «двести»?

– Телевизор иногда смотрю. Нам не пора ехать?

– Пора. Допью чай и по коням. Отсюда два часа хорошего лета – и мы на месте. Вам там понравится, сказочные места.

– Только это и радуют, – каким-то не очень свойственным ей упавшим тоном, произнесла она.

Мы вышли из кафе и сели в машину. Никто не повторил за нами эти движения, что вызвало у меня радость. Внезапно над нашими головами на небольшой высоте пронесся вертолет. Я проводил его взглядом. Особого беспокойства он у меня не вызвал, я знал, что неподалеку базируется авиационная часть.

Мы снова мчались по шоссе. С каждым километром движение становилось все разреженней. И с каждым новым пройденным километром у меня улучшалось настроение.