Пыль на зеркале

– Я, наверное, вас утомил своими разговорами, – вновь озарился Питер лучезарной улыбкой. Но Дмитрий больше не верил в его доброжелательность, Питер совершил ошибку, приоткрыв свою истинную сущность.

– Да нет, все в порядке. Работа журналиста в том и заключается, чтобы разговаривать с людьми. – Он видел, что Питер ждет от него более определенных обязательств, но давать их ему он не собирался. В конце концов он не напрашивался на эту поездку, они сами его пригласили, а потому не имеют права чего-то требовать от него.

– Я надеюсь, – сказал Питер, – что возвратясь в Москву, вы напишите объективную статью о том, что здесь происходит. Наша церковь вам будет весьма благодарна за это. – Последние слова были произнесены с такой странной интонацией, что заставило Дмитрия удивлено посмотреть на своего собеседника.

– Это я вам обещаю, что материал будет объективным, – ответил Дмитрий.

Когда Дмитрий вышел на улицу, уже начинало темнеть. На небе выступила пока еще редкая сыпь из звезд, а с моря как всегда в это время дул прохладный ветерок.

А ведь в каком-то смысле это была вербовка. Правда не в шпионы, а в адепты Церкви Всеобщего Единения. И слова о благодарности произнесены не случайно. Правда, что за ними стоит, не совсем понятно.

Дмитрий спустился на заполненную отдыхающими набережную. Он чувствовал себя одиноким. Если бы не этот дурацкий разговор с Питером, то кто знает, может быть, он тоже сейчас бы прогуливался с девушкой. У него возникло желание спуститься к морю, но затем он передумал.

Опять под аккомпанемент шума волн начнет размышлять о вечности, о смысле жизни и других подобных бессмысленных вещах. У него сегодня нет желания предаваться столь бесплодным размышлениям. Но в таком случае ему остается только одно – идти спать.

* * *

Утром в столовой Питер объявил, что после обеда вместо лекции их ожидает прогулка по морю.

Небольшой теплоход плавно раскачивался на волнах. С первой минуты посадки, Дмитрий старался ни на секунду не упускать из вида свою избранницу.

У сходней образовался затор, который отделил его от нее. Он испугался, что она ускользнет от него в очередной раз. Он бросился в толпу, пытаясь, как волнорез, рассечь ее пополам. На него зашикали, кто-то даже больно ударил локтем ему в ребро. Но сейчас ему было не до таких мелочей; приз, за которым он устремился в погоню, был чересчур велик и значим.

Девушка сидела на закрытой палубе, у окошка.