Закат Заратустры

Чтобы как-то отвлечься, я решил спуститься вниз и посмотреть, что накидали в мой почтовый ящик. Я не лазил в него уже, пожалуй, дня два.

Я открыл его; как всегда в нем лежал ворох рекламных газет и буклетов. Внезапно что-то выскользнуло из этой пачки и шлепнулось на пол. Я поднял конверт; это было письмо.

Адрес отправителя не был указан, и мне почему-то стало вдруг тревожно. Внешний мир крайне редко вступает со мной в диалог с помощью писем, обычно, когда он жаждет пообщаться со мной, то прибегает к услугам телефона.

Гораздо реже кто-нибудь из его представителей заглядывает в мою маленькую берлогу, где его ждет не слишком приятная встреча с традиционным холостяцким беспорядком и весьма скудным угощением. И то, что кто-то решил отправить мне послание по почте, было для меня несколько странным и непривычным событием.

Я разорвал конверт, пробежал глазами несколько строчек – и все поплыло перед глазами. То, что я бегло прочитал, было настолько невероятным, настолько непонятным, настолько трагичным, что я даже присел на холодную цементную ступеньку.

Почему он это сделал, что его заставило пойти на такой ужасный поступок?

В тот момент я еще не думал, что буду еще много раз задавать себе эти вопросы, что они станут для меня нечто вроде ключами или шифрами, отпирающими дверь в мою жизнь. Да и вряд ли я в тот момент размышлял о чем-то определенном, я просто не мог себе представить, что Игоря больше нет на свете и что он, так любящий жизнь, по своей инициативе вычеркнул себя из списка живущих.

Что же я делаю, вдруг прорезалась первая с момента прочтения письма здравая мысль, почему сижу здесь на холодной ступеньке, надо же звонить, бежать к Инне. Я собрался с силами, встал и помчался в свою квартиру. Дрожащими пальцами я набрал такой знакомый мне номер телефона. Долго никто не подходил, затем я узнал голос жены Игоря. К моему удивлению он звучал, учитывая момент, довольно спокойно.

– Инна, я только что получил письмо.

Я ничего не понимаю. Это правда, не шутка. (У меня вдруг возникла мысль: а что если это розыгрыш).

– Правда, Сережа, вынос тела через два часа.

– Я приеду. Но что случилось?

– Это трудно объяснить. Ты получил письмо. Я не знаю, что еще добавить.

– Я тебе очень сочувствую, для меня это тоже большое горе. Жди меня.

Мы разъединились. Мысли у меня путались, и я не сразу смог выделить главную из этого перемешанного клубка. Инна сказала о письме.