Вся президентская рать

– Кто это они?

– Но это же понятно, те, кто стоят за мужем.

Я решил, что нет смысла спрашивать, кто стоит за ее мужем.

– Спасибо, я учту твои слова. Если это все, что ты хотела мне сказать, то я, пожалуй, пойду.

То ли мне показалось, то ли в самом деле что-то изменилось в лице Веронике, но больше ничего говорить она не стала и молча проводила до выхода. И только на пороге вдруг поцеловала в щеку. Вернее, слегка коснулась ее густо намазанной помадой губами.

– Спасибо тебе, твои деньги помогут сохранить нам с Игорем немного независимости.

А она никогда не помешает. Так, на всякий случай.

Эти слова меня несколько удивили, насколько я помнил, Вероника всегда стремилась к зависимости, но к такой, чтобы она была бы необременительна. Я подумал, что эта ее независимость стоила мне чертовски дорого. Хотя ей до этого нет никакого дела. Все-таки люди очень эгоистические создания.

Я вернулся домой. Налил себе бокал своего любимого напитка: мартини с апельсиновым соком и стал размышлять.

К полученному заказу у меня не лежало сердце, я не хотел иметь ничего общего с этим блоком, с этими людьми. Но и Сабов прав, упустим его, на нашем центре можно будет поставить жирный черный крест. Суриков не такой человек, чтобы прощать такие вещи, он сделает все, что от него зависит, чтобы мы оказались бы вне игры. А зависит от него совсем немало, у этого человека большое закулисное влияние, тесные связи с мощными финансовыми и политическими группировками. Не случайно же он получил право приходить к президенту без специального вызова, только по телефонному звонку. Это мне было известно доподлинно.

И все же сомнений, как грозовые тучи, никак не развеивались. Меня не покидало ощущение, что я нахожусь на границе между двумя большими зонами. И в зависимости от того, куда я вступлю, то со мной и будет.

Раздался звонок в дверь. На пороге стоял Окулов. Я обрадовался, этот именно тот человек, который мне сейчас необходим больше всего. Он это почувствовал и пришел. Какой же он молодец.

На такое способен только настоящий друг.

– Проходи. Я рад тебя видеть. Ты пришел своевременно.

– Я почти в этом не сомневался.

Мы прошли в комнату.

– Что-нибудь выпьешь? – предложил я.

Окулов кивнул головой. Если я любил мартини с апельсиновым соком, то его любимым напитком был клюквенный ликер. Я даже специально держал в баре бутылку для него.

Мы выпили, не чокаясь и без тоста. К чему он, если мы и так понимали друг друга без слов.