Медведь

Ловко она с этими колечками!.. Чувствуется практика.

Девушка повернула голову. Теперь она смотрела прямо в камеру. Потапчук остановил изображение.

– Это Наталья Петровна Лозовская. Да, да, дочь того самого Лозовского. Она похищена неизвестными личностями. Сегодня днем Лозовский получил видеокассету. Я так понял, что это грязная порнуха, в которой главную роль играет его дочь – эта самая Наталья. Возможно, ее накачали наркотиками, возможно, запугали… Ты ведь знаешь – существуют тысячи способов заставить человека делать то, что ему совсем не хочется делать.

Малахов еле заметно кивнул головой.

– Ее нужно найти, – сказал Потапчук.

И замолчал. Надолго. Хмурил лоб, скреб щеку. Словно не знал, достаточно ли он дал информации или все-таки нужно кое-что добавить. Малахов считал, что информации явно недостаточно.

– Кого нужно найти? – спросил он, чтобы вывести «хозяина» из ступора. – Копии кассеты или девочку?

– И то, и другое. Школьница.

Десятый класс. Пропала два дня назад. Потом пришла кассета. Требования похитителей ты слышал.

Потапчук фыркнул и снова принялся хмуриться и скрести щеку. Он был в явном затруднении. Значит, это дело представлялось ему достаточно серьезным.

Странно… Ну, хорошо. Пропала девушка, школьница, дочка солидного банкира, связанного с ведущими политиками. Лозовского шантажируют, требуя доли в рекламном бизнесе. Это, конечно, ужасно, состав преступления налицо… Но это не могло так заинтересовать Потапчука – его отдел занимался совсем другими вещами.

Да и Малахов не был специалистом по борьбе с киднеппингом. А вместе с тем Малахов давно уже не видел своего шефа в таком состоянии – взволнованный, что-то недоговаривающий, какой-то нерешительный, Потапчук находился сейчас в таком явном противоречии с самим собой, что, казалось, вот он встанет, заберет кассету и скажет, что этим делом займутся его ребята из отдела.

Но ничего подобного не произошло.

Потапчук поднял на Малахова глаза и спросил:

– Справишься за три дня?

Теперь следовало сказать, что «и не такие дела раскручивали», или утвердительно кивнуть с солидным, понимающим видом, или еще каким-нибудь образом высказать свою решительность и готовность действовать. Но многое было не ясно. А Малахов не любил работать вслепую.

– Я должен найти Наталью Лозовскую и копии видеокассеты, – сказал он. – Это понятно.