Частный детектив Илья Муров

Илья Алексеевич не сразу узнал в предъявленном ему теле свою утреннюю находку, поскольку тело оказалось абсолютно голым. Он потоптался, кружа, стараясь взглянуть под таким углом, чтобы заметить стеклянный блеск контактных линз, однако это ему не удалось. Тогда он, превозмогая подкатывающий к горлу рвотный комок малодушной тошноты, приподнял веко у трупа и попытался извлечь линзу таким же жестом, каким на площади Победы извлекла из слезящегося глаза благообразная дама свою неудачную левую линзу.

К его немалому удивлению, у него это получилось. В руке у Мурова оказалась невесомая, прозрачная пластинка с темным пятнышком посередине.

– Эй, товарищ майор, хорош мародерничать!

– Я не мародерничаю, а провожу следственный эксперимент… Когда, говоришь, этого жмурика к вам доставили?

– Да вроде вчера, – не слишком уверенно отвечал смотритель. – Не в мою смену было дело…

– Кто твой сменщик? Фамилия, имя, отчество, адрес?

– Тарасенков Георгий Иваныч.

Живет в Перепреевке, а вот где прописан, там ли, или где в другом месте, сказать не могу, не знаю… Да вы у заведующего спросите…

Муров все аккуратно занес в блокнот, затем достал фотоаппарат и сделал несколько снимков трупа, не обращая внимания на протесты смотрителя. Спрятав фотоаппарат обратно в карман, сжалился, снизошел, объяснил:

– Смотри сюда, приятель. Что у него на бирочке написано? Неизвестный, правильно? Найден где? В лесу… В лесу? В какой одежде? И где она, кстати?

– Я ж докладал уже: не я его принимал, – затянул свою песню смотритель.

– Тебя как звать-то?

– Константином.

– Так вот, обрати внимание, Константин, видишь, теперь, когда я снял у него с одного глаза контактную линзу, он стал у нас каким?

Константин молчал, тупо уставившись на труп неизвестного.

– Ну, присмотрись внимательнее, Константин…

Константин присмотрелся, пожал плечами: дескать, мертвяк как мертвяк, все при ём: окоченение, бездыханность, бессмысленность…

– Ты в глаза ему посмотри! – намекнул Илья Алексеевич.

Константин послушал, посмотрел, пригляделся, просиял:

– Дык у него ж один глаз того, карий, а другой вроде как голубой!

– Умница! – похвалил Муров и, посчитав, что смышленость нуждается не только в моральной поддержке, но и в материальном поощрении, сунул в нагрудный карман умницы еще один стольник.