Преображение

А я не знаю, куда себя деть. Брожу с этажа на этаж по своему особняку и сам перед собой делаю вид, что чем-то занят, думаю, что еще купить в дом. Все ребята, с которыми я начинал, живут себе спокойненько, деньги гребут и радуются. А я не могу. Словно кто-то сидит у меня внутри и пакостит. Не знаешь, как бы его оттуда вытурить?

– Так просто его не выгонишь.

– Это я уже понял, – с тоской протянул Жорж. – Давай выпьем за то, чтобы освободиться от всех напастей. Может, там нам помогут.

– Будем надеяться.

Жорж налил в бокалы виски, и мы выпили.

– Послушай, – вдруг наклонился ко мне Жорж так близко, что я ощутил перегар его дыхания, – а ты что-нибудь слышал об этой богодельни?

Богодельней он явно называл лагерь «Возрождение».

– Довольно мало. Говорят там всем заправляет мудрец, который познал все тайны жизни. Но человек, который провел там почти год, предупредил меня, что в лагере все непросто. Можно не только возродиться, но и еще глубже упасть.

– Этого я и боюсь, – пробормотал Жорж.

 – Я тоже разное слышал. Но все равно, выхода другого нет. Я уже понял, что никто мне не поможет. Надежда только на этого мудреца. А как ты думаешь, откуда эта напасть берется?

Я задумался. В последнее время я немало размышлял на эту тему, даже читал литературу. Но чем больше я узнавал, тем меньше ясности было в моем сознании.

– Что тебе сказать? Мир гораздо сложней, чем мы привыкли думать. Человек живет не только на земле, но одновременно и в других планах. Мы вот такие, какими себя видим, находимся в самом низу, а есть еще мы и на самом верху.

А там все по-другому. Здесь сплошная грязь, а там стерильная чистота.

– Ты полагаешь, что я полный идиот и ничего об этом не слышал. Да только радости от этого мало. На кой хрен мне этот твой вверх. Я внизу хочу жить. Пока я не заболел, знаешь, как здорово здесь было. Вот бы отрезать эту верхнюю часть. Как ты думаешь, никак это нельзя сделать?

– Боюсь, что нельзя. Так уж все устроено. Надо к этому как-то приспосабливаться, – неуверенно произнес я.

С досады Жорж даже сплюнул на дорогой ковер.

– Чертовски не нравится мне все это. Живут же люди, до самой смерти не испытывает никаких неудобств. А почему-то меня прижало. Чем я там не угодил? – поднял голову он вверх. – И на благотворительность немало отваливал. А толку никакого.

– Я не Бог, только он знает, что и как.

Жорж ничего не ответил, он слил остатки виски к себе бокал и залпом выпил. Затем посмотрел на меня.